Я смеюсь про себя. Хоть что-то веселое за этот вечер.
Бал ведут двое учителей, физик и англичанка, как положено на престижных церемониях. Они объявляют номинации и вызывают лауреатов на сцену. Поют им дифирамбы, вручают подарки и заставляют прикалывать фосфорные звездочки на заднюю панель – типа доску почета. К концу бала она должна быть усыпана звездами как небосвод, по задумке.
После каждой номинации какой-нибудь класс танцует заготовленный танец.
Одиннадцатый «В» выходит вторым, они танцуют кадриль, как заведено после полонеза. Цилиндр Бархатова торчит из толпы маячком. Даже если захочешь посмотреть на других, не получится. Эта шляпа притягивает к себе все внимание.
Парни и девушки много крутятся, то парами, то хороводом. То девчонки выходят в центр круга, то парни. Потом еще кружатся по сцене, меняясь партнерами. Бархатов, кажется, со всеми перетанцевал. С Белкиной они танцуют последнюю партию. Она что-то шепчет ему на ухо, отчего Слава отталкивается, кружась, и одной ногой проваливается за сцену. Девушка не успевает его подхватить, и парень грохается на пол. Весь зал охает. Кто-то вскакивает. Белкина зажимает рот ладонями.
– Трюк выполнен профессионалом, не пытайтесь повторить, – Слава встает на ноги, поправляя растрепанные волосы, и махает руками высоко.
Все смеются. Дегтярев среди первых. Анжелика чуть ли не захлебывается, пытаясь перехохотать толпу.
Танец прерван окончательно, восстановлению не подлежит.
Цилиндр Бархатова подкатывается к ногам Светланы Павловны. Мне не видно ее лица, но я бы все деньги отдала, чтобы посмотреть. Кажется, грядет скандал.
Однако хореограф держит ярость в узде и только передает Славе шляпу. Он, весь красный, кланяется ей в пол и, надев цилиндр, убегает за своим классом.
Мы с Ксюней очень быстро находим друг друга глазами и обе мотаем головами.
Церемония продолжается. Атмосфера снова наполняется пафосом под торжественную музыку. Хотя Славина разрядка хорошо всех расслабила. Даже я стала меньше переживать из-за платья и предстоящего танца. Только перед самым выходом снова нагнетаю в себе панику.
Мы выходим последними. Я поднимаюсь на сцену как на публичную казнь. Ожидаю, как меня сейчас будут распарывать и снимать скальп. Пока мы идем, все уже косятся, смеются и шепчутся. Даже Светлана Павловна, которая внимательно следит за каждым танцем, сверлит меня такими упрекающими глазами, я аж слышу ее голос в своей голове: «Как ты могла так вырядиться, срамница? Ты позоришь сам краковяк!».
Григорьев сильно волнуется. Пот льется в три ручья. Он вытирает лицо платочком, который впору выжать. Мы подбадриваем друг друга неискренними улыбками. Позориться будем вместе, если что.
С музыкой пары по очереди подтягиваются на сцену и встраиваются в танец. Валентин с Анжеликой кружатся в центре, остальные – вокруг них. Мы с Григорьевым в самом углу топчемся, почти за кулисами. Светлана Павловна – грамотный хореограф, расставила нас так, чтобы меньше рисков было испортить картинку для зрителя.
В этом платье только в музее стоять, за стеклянной витриной. Оно абсолютно не податливое и тянется при каждом движении, хотя сама ткань мягкая. Но я ее так стянула, что теперь с трудом дышу, кажется, перегнула малость.
Григорьев еще от нервов слишком крепко сжимает мою талию и притягивает меня к себе плотнее, чем нужно, словно хочет за мной спрятаться. Оттого мы постоянно спотыкаемся. Он давит на мое платье, оттягивая его вниз, а я из-за этого не могу нормально перемещаться по сцене. Да еще на шпильках. Я уже в собственных ногах начинаю путаться. И, когда Григорьев отталкивает меня в центр круга на вытянутой руке, а сам наступает на подол твердо, я натягиваюсь и валюсь наземь.
К счастью, платье остается на мне. Зал опять в ступоре.
– Красава, моя школа! – раздается со свистком, и все смеются, как по команде.
Узнав голос Бархатова, я сама хохочу. Мне даже не стыдно. Точнее, не так, как было до этого. От смеха я встать и не пытаюсь. Просто накрываю лицо ладонью и вздрагиваю от каждого смешка.
Светлана Павловна улыбается. Видимо, смирилась, что бал уже пошел не по плану.
На сцене появляются ведущие. Физик тоже смеется и говорит в микрофон:
– Ну, пожалуй, на этой веселой ноте мы и закончим нашу церемонию.
Все хлопают в ладоши.
Глава 15
После торжественной части нас ждет фуршет в столовой. Ученики несутся туда наперегонки. На осенний бал администрация всегда заказывает деликатесные пирожные с кокосовым кремом и ананасовым джемом. Невероятно вкусные. Наверное. Я не знаю, потому что никогда не пробовала, но все ими восхищаются. Сметают за секунды. Тут, как в дикой природе, никто ни с кем не считается и побеждает сильнейший.