Выбрать главу

- И так, мисс Фридман, значит вы - врач? - С интересом спросил меня отец Джоша, как только мы приступили к трапезе.

- Именно так, уже много лет оперирую людей, - с улыбкой поговариваю, стараясь казаться как можно милее. Мне же нужно их очаровать.

- И сколько же вам лет? - Задает тот встречный вопрос, после которого супруга пихает мужа в бок.

- Мне 27.

- Что ж, это прекрасно, - словно насмехаясь, говорит тот.

- Благодарю, - шепчу негромко.

Какое-то время мы сидели в тихой обстановке. Я старалась кушать еду, и она была достаточно вкусная и любимая мною, да и как можно не любить индейку, но кусок просто не лез в горло.

- Тебе не нравится еда, Эллен? - Задает вопрос хозяйка дома, заставляя всех посмотреть на меня и на мою тарелку.

И правда, в ней всё было на места, я прикоснулась только лишь к небольшому кусочку спаржи, но и тот остался недоеденным.

- Нет, что вы, всё очень... - но не успеваю договорить, как в столовой раздаётся ещё один голос.

- Мама, отец, - моя голова машинально поворачивается на знакомый голос, а взгляд находит дьявольски-зелёные глаза мужчины.

В горле стал ком, вилка с грохотом падает на пол. Все смотрят на меня, но у меня нет сил отвести взгляд только с одного человека. Зеленые глаза с интересом впились в меня.

- Эллен, - Джош начинает слегка бить меня по спине, и только тогда я замечаю, что почти задыхаюсь от кашля.

- Всё в порядке, просто слегка подавилась, - шепчу и неуклюже выхожу из-за стола.

- Простите, где здесь уборная? - Руки трясутся, но я не могу с этим ничего поделать.

- Доминик, отведи нашу гостью в уборную, - говорит Розали, а мои глаза готовы полезть на лоб.

- Не стоит утруждаться, я сама могу найти, - выдавливаю самую милую улыбку, которая только есть у меня, скрывая под ней целую массу ужасающих эмоций.

- Почему же? Мне совсем не трудно, - сердце падает в пятки при его язвительном голосе, но киваю, не решаясь выступить против.

Я провожаю взглядом Джоша и плетусь прочь из помещения, чувствуя, как ватные ноги ведут меня прямиком в лапы зверя.
Ладони вспотели, на шее выступила сильно пульсирующая венка, он смотрит на меня, поглощает взглядом, и почему-то уверена, что тот узнал во мне ту девушку, которую мучил год назад.

- Прямо, пожалуйста, - злобно шепчет на ухо.

Мы выходим уже из зала и поднимаемся по лакированной лестнице. Могу только представить какой напуганной сейчас кажусь со стороны.

Но я до сих пор шокирована, во мне бушуют тысячу эмоций, и, к сожалению, не самых приятных. А всё почему? Потому что братом моего парня оказался самый что ни на есть настоящий убийца.

От воспоминаний тело вздрагивает. Как такое совпадение может произойти? Я только стала жить нормально, как в моей жизни снова является чудище.
Он идёт позади, глядит мне в спину, его почти неслышно. Ни дыхания, ни шагов.

- Стой-ка, - писк вырывается из моего рта, когда тот хватает меня под руку и тянет на себя.

Я тут же попадаю в крепкие клешни самого дьявола. Он смотрит на меня с интересом, а я молюсь о том, чтобы он не убил меня.

- Почему ты меня боишься? - Проговаривает, а мне остаётся с удивлением, и с облегчением смотреть на него.

Он не узнал?

Глаза закатываются от волнения, пальцы с сильной сжимаются.

- Ничего такого нет, с чего вы взяли? - Сглатываю ком.

- Я нахожу в тебе много интересного, - он облизывает губы. - Мой брат не зря увидел в тебе изюминку, ты мне нравишься, и почему-то кажется, что мы виделись раньше.

Поднимаю голову и снова вижу эти зеленые глаза.

Мне казалось, что больше я их не встречу, молилась и надеялась, бежала далеко от места, где всё началось, но на деле сама же пришла к нему.

Пришла через брата, попала в плен их семьи и теперь понятия не имею как из неё выйти.

Одна ошибка может стоить мне жизни. Я уже испытала на себя ужас их жизни и больше не хочу повторения.

Нужно бежать пока не поздно.

Мне надо спасти хотя бы частичку себя, вычеркнуть себя из жизни Джоша и всё, что нас связывает. Он не должен пострадать из-за ошибок своего брата.

Я должна это сделать несмотря ни на что.

Глава 9

Мысли хранят в себе неисчисляемое колличество информации, которую в силах выплеснуть немногие.