Зайдя внутрь Салов и Ярик направились в дальний угол, где громоздились пластмассовые ящики для бутылок. Выбрав по одному, они принялись сосредоточенно опустошать авоськи, не произнося ни слова.
Лампочки над головой потрескивали и мигали. Дальняя часть помещения утопала в непроглядном мраке. Темнота там стояла черной стеной - плотной и густой, словно вакса.
Выудив очередную бутылку, Григорий обнаружил, что у нее треснуло горлышко. Немного подумав, он торопливо сунул ее в ящик к остальным. Опустошивший свои авоськи Ярик уже подтаскивал заполненные контейнеры к границе тьмы и света. Та была идеально прямой, словно очерченной по линейке. У самой кромки примостилась трехногая табуретка. Над ее сидением, удерживаемая неизведанной силой, парила отрезанная человеческая ладонь. С своих пальцах она сжимала листок с пояснениями:
Зел. - 30 коп.
Кор. - 20 коп.
Водк. - 10 коп.
- Ты долго еще? - нервно спросил Ярик. Это было первые слова, сказанные им за последние минут двадцать.
- Готово! - ответил Салов и бросил нервный взгляд на табуретку. Ладонь была пожелтевшей и иссушенной, судя по тонким пальцам - явно женской. Фалангу одного из них украшало кольцо с безвкусно-большим фальшивым изумрудом.
Отбросив в сторону пустую авоську, Григорий начал толкать ящики вперед. Подскочивший к нему Ярик стал помогать.
Расставив контейнеры в ряд вдоль по границе, они отошли назад, стараясь встать там, где свет горел как можно ярче. Черная пелена высилась перед ними, словно кусочек бесконечной, почти материальной ночи. Время от времени из ее недр доносились звуки: легкий смешок, едва слышный скрип; шелест, какой издают крылышки гигантского насекомого.
И Салов, и Ярик знали, что пересекать эту границу нельзя. Парящая рука напоминала им об этом.
- Смотри, смотри! - шепнул Григорий на ухо другу, - начинается!
Громадные когтистые руки выскользнули из темноты. Серые ладони, каждая величиной с полотно лопаты, принялись ощупывать горлышки бутылок. Два первых ящика скользнули по полу, утянутые во мрак. Лапы вернулись обратно, прихватив с собой следующие два контейнера, затем еще два и так до тех пор, пока весь ряд не исчез за границей "ночи". Затем все остановилось: руки исчезли, умолкли звуки. Черная пелена замерла, будто о чем-то размышляя.
- ТЬФУ! - внезапно фыркнула она и выстрелила чем-то зеленым и продолговатым. Бутылка с треснувшим горлышком со свистом пронеслась над головой Салова и разлетелась об стену, обдав парней градом из осколков. Парящая ладонь сжалась в кулак и продемонстрировала Грише средний палец.
- ДЕСЯТЬ РУБЛЕЙ! СОРОК КОПЕЕК! - гулко и зловеще пророкотала темнота. Издав блюющий звук, она выплюнула наружу горсть монеток. Латунные кругляшки разных номиналов и размеров посыпались на пол и раскатились по углам. Ярик и Григорий ринулись их подбирать. Набив монетами карманы и прихватив опустевшие авоськи, они почти бегом выскочили из пункта приема стеклотары. Черная пелена за их спинами дрожала и колебалась, словно тряслась в беззвучном смехе.
Глава 2. Знаменательное событие
Легенда о Смотрящем.
Среди жильцов гуляет байка о Смотрящем. Он же Козел. Он же Царь червей. Он же Валериан Адамович.
Местные поговаривают, что шастая по коридорам, ты можешь встретить некое существо, зовущее себя Смотрящим. Он задаст тебе один единственный вопрос, который задает каждой своей жертве. Что это конкретно за вопрос, никто точно не знает, т.к. пока еще ни один человек не остался в живых после такой встречи.
У тебя будет одна попытка дать верный ответ. В случае провала, пеняй на себя.
Также говорят, если на Козла натыкается целая группа, то вопрос задается только одному ее члену. От его ответа зависит судьба всех. Считается, что Смотрящий выбирает на эту роль самого никчемного...
__________________________________________________
- Почему она с нами сдавать бутылки не ходит? - обиженно ворчал Салов. Стоя у торгового автомата, он опускал монетки в щель.
- И собирать тоже не ходит. Мухомор вот ходит, когда трезвый, а она - ни-ни. Шикарно устроилась!