- Он есть в Квартире, - тихо сказала девушка. Лицо ее стало отстраненным и задумчивым, словно его хозяйка мысленно вывалилась в астрал.
- Сказано же тебе - нет! - вяло огрызнулся брат, - за все это время ни разу не встречали.
- Вы ходите собирать бутылки вправо. А он в дальних комнатах слева.
Задремавший было Ярик распахнул глаза. Подскочив как ужаленный, он резко сел и угрюмо уставился на сестру.
- С чего ты взяла?
- Я это чувствую. Своим... шестым чувством. Он слева.
- Хрюся, мы больше не ходим налево! - в голосе Ярика зазвучали назидательные нотки, - ты забыла, что стало с Грызником и остальными?!
- Мне нужен этот чертов кофе! - почти завопила девушка. Сорвавшись с места, она принялась лихорадочно ходить из угла в угол, покусывая кончики пальцев.
- У меня крыша едет! - бормотала Христина, - я не выживу, если не выпью хотя бы чашку! Здесь только этот мерзкий чай! Смотреть на него тошно, не то что пить!
Она внезапно замерла и вперила в Ярика отчаянный, на грани безумия взгляд. Глаза брата и сестры скрестились, и Салову на мгновение показалось, что в воздухе между ними вспыхнули искры.
- Не пойдете вы - пойду я! - рявкнула Тарелкина, - ОДНА! А вы сидите тут вдвоем, как трусы!
- Не пойдешь! - зарычал Ярик, - я тебе не позволю!
- Это интересно как?! У двери будешь караулить?!
- Если надо, то буду!
- Не выйдет! Ты уснешь, и я пойду!
- А мы с Григорием будем меняться по очереди! Да ведь, Гриша?!
Они словно по команде обернулись и уставились на застигнутого врасплох Салова. Две пары серых глаз требовательно вперились в него. Каждый негласно ждал, что Григорий встанет на его сторону.
- Ну-у-у.., - неуверенно протянул Салов, чувствуя себя оленем, угодившем в ночи в свет фар приближающейся фуры.
- Что тут нукать?! Идти налево - верное самоубийство, и ты прекрасно об этом знаешь!
- Не слушай его, Гоша!
Григорий повернул голову на ее окрик. Серый океан в глазах Тарелкиной потемнел, предвещая двенадцатибальный шторм в случае неверного ответа.
- Я согласен с Христиной, - быстро сказал Салов, - если она не может без кофе, то я готов сходить вместе с ней.
Хлопнув себя рукой по лбу, Ярик обрушился спиной на кровать.
- Сука..! Белый рыцарь! - раздосадованно пробурчал он из-под ладони.
- Мы ведь еще ни разу не праздновали ее День рождения, - начал поспешно оправдываться Салов, - я имею ввиду - не праздновали в этой Квартире...
- Бля-я-дь! Мы и твой не праздновали! И мой! И Новый год! И Восьмое марта! Мы тут вообще никогда и ничего не празднуем!
- На мой взгляд, неплохой шанс начать.
- Решено! - подойдя к Салову, Тарелкина нежно взяла его под локоть.
Обернувшись, она с вызовом взглянула на своего брата.
- Мы с Гошей идем налево, а ты можешь валяться здесь. Как лох!
- Я Гриша.., - добавил Салов.
- Неважно.
- Вы двое меня в могилу сведете, - обреченно простонал Ярик. Он снова сел - с видом человека, смирившегося с мыслью, что мир полон идиотов, и часть из них - это его близкие друзья и родственники.
- Налево, так налево. Так и быть - пойду с вами. А то без меня вы там точно сдохнете...
Глава 3. Шаги в темноте
По-прежнему седьмые сутки с момента Прописки. Исследовательские записи. Часть 3.
Как уже говорилось ранее, вся соль в размерах. Точнее говоря - в длине. Определить точную протяженность коридора невозможно. Покидая ЖЗ, местные предпочитают ходить в правое ответвление, считая его более безопасным, чем левое.
Помещения за пределами жилой зоны необитаемы. Жильцы рыскают по ним в поисках пустых бутылок, которые затем можно сдать в пункте приема стеклотары (он же просто "база"). Вырученные деньги тратятся на еду, которую отпускает торговый автомат, установленный на кухне.
По словам Ярослава, максимальное расстояние, на которое они углублялись вглубь правого коридора - 58386 шагов. Вглубь левого - 9183 шага. И в том, и в другом случае, это далеко не предел. Квартира тянется без конца в обе стороны. Бесконечная коммуналка!