Выхода наружу нет. Все комнаты похожи друг на друга и не имеют дверей, кроме входной. Все окна смотрят на одну и ту же кирпичную стену.
Также, по словам Ярослава, Квартира имеет свойство меняться. Стабильной остается только ЖЗ. За ее пределами в уже исследованных комнатах периодически обновляется интерьер, и появляются новые вещи, в том числе пустые бутылки. Выглядит это так, словно Квартира подкармливает своих жильцов.
__________________________________________________
Стоя у двери с Эйфелевой башней, Ярик взвалил на плечо увесистую дубину. В толстый конец ножки от стола были вбиты гвозди, образуя импровизированные шипы. Ради вылазки парень сменил прикид на камуфляжные штаны, куртку из толстой кожи и высокие сапоги-говнодавы. На его голове торчала темно-синяя каска, с прикрученным ко лбу фонариком.
Григорий сжимал молоток, время от времени поправляя схожую каску, только черного цвета. Помимо этого, его арсенал был представлен новогодними хлопушками, рассованными по карманам и предварительно заправленными солью. Ради похода Салов натянул монтажный пояс и пристроил за спину пустой рюкзак для бутылок.
Подняв кулак, Ярик злобно отдубасил им по двери.
- Ат-кры-та! - раздался по ту сторону голос Христины.
Шагнув внутрь комнаты, Салов увидел затылок ее хозяйки. Тарелкина сидела спиной ко входу, разглядывая себя в настольном зеркале. Овальная поверхность в резной раме отливала серебром в тусклом свете. Отражение девушки взглянуло на вошедших, и ее хозяйка повернулась к ним на вращающемся стуле. По затылку Салова пробежала дрожь. Ему почудилось, что взгляд зеркальной Христины задержался на его лице на долю секунды дольше, чем полагалось.
- Ты готова? - осуждающе спросил Ярик.
- Конечно! - вскочив на ноги, как пружинка, Тарелкина распрямилась в полный рост. С момента их последнего разговора минуло больше часа, но одета она была во все тот же наряд.
Устало покачав головой, Ярик снял с плеча дубину и оперся на нее как на трость.
- Хрюся, я тебе что велел делать? - спросил он голосом, вобравшем в себя тяжесть целого мира.
- Подготовиться к вылазке и вооружиться.
- И что? Где твое оружие?
- Как где? Вот.
Тарелкина потянула за веревочку, обвитую вокруг ее шеи. На ее конце болтался крошечный серебряный свисток.
- И еще вот! - горделиво добавила девушка, вытаскивая из ящика стола маленький фонарик. Тот был веселого ярко-красного цвета. Довольная собой Тарелкина щелкнула кнопкой, направив луч под ноги брату.
- Господи-Иисусе-Дева-Мария, - судорожно выдохнул Ярик, - Хрюся! Просто держись сзади и ступай строго там, где ступаю я.
***
Линия из соли прочерчивала границу между неизведанным и жилой зоной. Троица мялась у входа в левое ответвление общего коридора, не решаясь идти дальше.
Стены и потолок здесь были украшены аркой из новогодней гирлянды. Последняя была прибита неизвестно кем, задолго до того, как обитающие сейчас в Квартире люди прошли через свою Прописку. Крохотные лампочки мигали разноцветными огоньками, подзаряжаясь электричеством от загадочного источника.
Близ правой стены, впритык к барьеру из соли, стояла кадка с фикусом. Растение никто не поливал, что не помешало тому разрастись до уровня глаз Ярика. Тоненькие веточки с зелеными листками мерно покачивались, несмотря на то, что воздух в коридоре был неподвижен. Выглядело это так, будто фикус реагировал на сквозняк, дующий в ином измерении.
- Ну что: по коням? - наконец решился Салов. Бросив быстрый взгляд на Христину, он мужественно переступил черту из соли.
Сильная мужская рука ухватила его сзади за рюкзак. Григорий дернулся и замер по-дурацки - с вытянутым в воздухе ботинком.
- Гриха, ты охуел! - прошипел ему в ухо Ярик, - глянь, что у тебя под ногами!
Салов опустил глаза. В свете мигающей гирлянды, он заметил на линолеуме круглое пятно. Почти неотличимое по цвету от остального пола, оно казалось обычным строительным браком.
- В чем дело? - спросила Тарелкина.
- Смотри, - ответил Ярик и ткнул в пятно концом своей дубины.