— Есть ещё кое-что.
Пора назад на репетицию, но мою героиню уже убили, остальные и сами справятся. Поэтому я иду за уборщиком наверх по лестнице, через тёмные коридоры театра, к маленькой двери в кладовку.
— Смотри, — он распахивает створку и показывает на одну из полок. — Ольга Валерьевна выдала документы, я сегодня всё пересчитал. Тут должно быть три бутылки с фальшивой кровью, а их две. Бумаги и освежителей воздуха не хватает. Хлорки меньше, чем нужно. Кто-то пробрался сюда и украл их.
Украл, чтобы очистить место розыгрыша. Даже избавился от запаха фальшивой крови в воздухе.
Мы с уборщиком переглядываемся, когда раздаётся звонок. Кто-то, я знаю, кто, нетерпеливо давит пальцем на кнопку. По коридорам разносится голос Ольги:
— Все на сцену! Быстро!
Наверное, чай заварился. Торопясь к занавесу, оборачиваюсь на ходу и кричу:
— Спасибо! — Я больше не считаю себя ненормальной. — Кстати, меня зовут Лана.
— А я Иосиф, — откликается он.
Глава 2: Убийство перед объективом
Вторую половину читки я не щипаю себя, но постоянно поглядываю на Игоря. Устроил розыгрыш, заставил меня усомниться в своей нормальности, снова. А ещё ведущий актёр называется. И пусть он читает текст так, что мы переносимся в действие, пусть с первых минут он чувствует суть персонажа — я злюсь.
Кстати, он такой не один. Я помалкиваю, Алсу и Петя переигрывают, зато Надя неплохо справляется. Голос, поза, выражение лица — я вижу не молодую актрису, а героиню пьесы, дамочку с трудным характером. Хотела бы я однажды сыграть такую. Если она умрёт на сцене, конечно.
Когда читка заканчивается, Ольга устраивает разнос всем, кроме меня, Насти и Игоря. Остальные подхватывают вещи, расходятся в разные стороны, а я — молча следую за ним.
Куда Игорь идёт? В роскошную личную гримёрку? Нет, он свернул не туда. На кухню? Тогда тут надо налево, а он пошёл направо. Кажется, он просто бродит по коридорам, опустив голову, высматривая что-то. Кроссовки на мягкой подошве позволяют красться бесшумно, словно тень. Но сломанная доска всё портит.
Я спотыкаюсь, вскрикиваю, пытаюсь схватиться за стену — и, конечно, сталкиваюсь взглядами с Игорем. Вопрос он задаёт вполне логичный:
— Что тебе нужно?
Игорь всегда отлично выражал эмоции — по его лицу можно читать, как по открытой книге. Но сейчас я не могу разобрать написанное.
Он нервничает?
Ему страшно?
— Слушай, — неуверенно начинаю я. — Знаю, ты меня разыграл с этим трупом в душевой. Я поверила, получилось хорошо. Не хуже, чем у Хичкока. Но тебе нужно было сразу признаться, потому что я… Ты меня напугал. Я подумала, что с ума схожу.
Такой себе вышел монолог. Игорь и в коридоре за сценой показывает все грани таланта: страх на лице сменяется непониманием, злостью и возвращается, выливаясь в крик:
— Что ты ко мне пристала? Я ничего не делал! Пришёл домой и лёг спать.
Кажется, стены обрушатся на наши головы. Не успеваю ответить, Игорь разворачивается и уходит. Занавес.
Ни в одном спектакле не видела его таким.
Пожав плечами — самый подходящий жест, — иду к выходу. Так странно. Так тихо. Обычно меня с собой тащит Алсу, болтая об актёрах, кастингах и вечеринках, на которых она была или которые собирается устроить. Кстати, мысли сбываются, потому что Алсу появляется со стороны кабинета Ольги. Не успеваю сказать: «А я как раз о тебе думала», рука ложится на плечо, и она щебечет.
— А я ведь гадала, куда ты делась. Знаешь, первую репетицию нужно отпраздновать! Я пригласила Антона, позвонила Лизе и Филиппу…
Знакомые актёры, режиссёры, авторы пьес — в общем, вся театральная тусовка, в которой Алсу себя чувствует как рыба в воде. Я знаю: если соглашусь, мы не ляжем спать часов до двух. Возможно, именно это мне и нужно, но в голове всплывает образ Ольги.
— Подожди, у нас же репетиция завтра в десять.
— Но я уже всех позвала! А ты не пей много. — Хватка неожиданно ослабевает. — Если не хочешь, можешь не приходить! Обещаю, мы не будем громко включать музыку.
Я даже шаг сбавляю: впервые Алсу предложила мне пропустить вечеринку. Это так неожиданно, что я начинаю оправдываться:
— Да нет, я зайду. Может, правда, ненадолго.
— Буду ждать! — она копается в сумочке. — Чёрт, где ключи? Откроешь, пожалуйста!
Распахиваю перед ней все двери: у меня есть запасной ключ от квартиры Алсу. Делать это приходится не так уж редко, учитывая бардак в её сумке. Листы с текстом, книга, протеиновый батончик, пудреница, наушники — и это то, что я вижу сверху. Здесь можно топор потерять, не только связку ключей.
Чувствуя себя измотанной, падаю на диван, листаю копию пьесы. Это история об актрисе, которая решила пробиться на большой экран очень экстравагантным способом — убивая конкуренток. Она застрелила главную соперницу, то есть меня, прямо на съёмочной площадке. Хорошая сцена. Не терпится в ней сыграть.