Последнее замечание является принципиальным для понимания подхода Черчилля. Осознавая, что у него нет возможности набрать восемь часов ночного сна, британский политик взял за практику прерываться на дневной сон. Он научился этому во время посещения Кубы в 1895 году и стал активно использовать часовую сиесту в годы Первой мировой войны. Благодаря этому он смог продлить работу до двух-трех часов ночи, пробуждаясь обычно в восемь утра. «Дневной отдых и сон освежают человеческий организм гораздо лучше, чем ночное забвение, – описывал он свой взгляд на восстановление работоспособности. – Мы поступаем бессовестно и недальновидно, перегружая свой организм. Нам следует надвое делить наш день в интересах дела или для получения удовольствия». К аналогичной практике он вернулся в годы Второй мировой войны, объясняя, что «в намерения природы не входило заставить человечество работать с восьми утра до полуночи без освежающего забвения, которое, если даже оно и продолжается всего каких-нибудь двадцать минут, позволяет восстановить все жизненные силы». «Этот порядок, который я соблюдал на протяжении всей войны, я рекомендовал и другим в тех случаях, когда им приходилось в течение длительного времени выжимать последнюю каплю сил из своего организма», – вспоминал Черчилль.
В 1946 году экс-премьера посетил американский производитель звукозаписывающей аппаратуры мистер Гфроерер. Между ними состоялся следующий диалог:
– Какой у вас распорядок дня в Америке? – спросил Черчилль.
– В восемь утра я уже за рабочим столом; с небольшим перерывом на ланч в полдень я работаю до половины шестого, и так пять раз в неделю, – ответил гость.
– Любезный, это самая лучшая рекомендация по сокращению жизни, которую я когда-либо слышал, – произнес политик. – Вы должны спать некоторое время между ланчем и ужином, и никаких полумер. Снимайте с себя одежду и идите в постель. Именно так я всегда и поступаю. Не думайте, что из-за дневного сна вы будете работать меньше. Это глупое представление людей, не имеющих воображения. Наоборот, вы сможете сделать больше. Вы вместите два дня в один, ну пусть не два, но как минимум полтора8.
К сожалению, у большинства современных людей нет возможности выкроить в своем напряженном рабочем графике время на дневной сон. Да и с практической точки зрения осуществить эту процедуру тоже, как правило, бывает затруднительно. Но чему учит опыт Черчилля и что подтверждают исследования нейрофизиологов – экономить на сне не следует. И если есть возможность и потребность в отдыхе, их необходимо обязательно использовать.
Если речь идет об интеллектуальной деятельности, то помимо питания и сна еще одним средством восстановления умственной активности, которое использовал Черчилль, были физические нагрузки. В массовом сознании грузная фигура британского политика не слишком ассоциируется со здоровым образом жизни и спортивными упражнениями. И небезосновательно. Черчилль действительно никогда не делал гимнастику по утрам и никогда не посещал спортзалы. Зато он вел активный образ жизни, увлекаясь охотой и поло. И если в поло он закончил играть в 52 года, то верховой ездой продолжал заниматься до глубокой старости. Кроме того, он обожал плавание и даже построил в своем поместье искусственный водоем с подогревом. Как и в случае с верховой ездой, это увлечение также прошло с Черчиллем через всю жизнь. Лишь перейдя на девятый десяток, он был вынужден отказаться от любимых водных процедур по настоянию врачей, которые запретили ему плавать из-за частых простуд и бронхитов.
Попытки Черчилля в организации труда и отдыха были направлены на повышение работоспособности при наличии объективной ограниченности человеческих ресурсов. Горькая истина состоит в том, что, говоря о важности трудолюбия, не следует забывать, что этого качества может оказаться недостаточно в условиях временны́х, когнитивных и интеллектуальных лимитов. Понимая, что полностью преодолеть эти сдерживающие факторы не представляется возможным, политик руководствовался в своей умственной деятельности следующими тремя правилами, которые благотворно влияли на эффективность его интеллектуальных усилий.