– Мы прибыли, с большим трудом преодолев пустыню, – говорил водитель, он был явно тронут тем, что оказался у этой шахты, вокруг которой сосредоточены надежды его народа и множества людей со всего мира. – Но мы здесь, и наши сердца велики, как и у всех чилийцев.
Над отметкой 190 Флоренсио Авалос и трое его компаньонов собирались с силами, чтобы взобраться по вентиляционной шахте. Они достигли отверстия, ведущего к следующему уровню Пандуса, и дошли до второй, более высокой части серой стены, отсекающей им путь на поверхность. Для начала они расчистили место от мелких булыжников в верхней части завала, на огромном наклонном валуне, и довольно скоро им удалось расчистить пространство, чтобы протиснуться через него ползком. «Я отправляюсь туда», – сказал Флоренсио, на что Карлос, Ренан и Ричард попытались его убедить, что это слишком опасно. Однако Флоренсио протиснулся в проем и увидел за завалом безбрежную черноту, в которой потерялся луч его фонаря. Он подполз к этой темной пропасти и ненароком задел камень, который упал во тьму и приземлился со стуком спустя примерно две или три секунды. Исходя из своего шахтерского опыта, Флоренсио смекнул, что камень пролетел 30 или 40 метров, что примерно равняется высоте десяти– или двенадцатиэтажного дома. Он понял, что находится на краю новой, внутренней rajo, то есть ямы. Чтобы двигаться дальше, он обвязал веревку вокруг талии и передал ее конец товарищам, потому что знал, что одно неверное движение – и он упадет. Ему удалось выползти из проема и встать на камне, с которого открывался вид на расщелину.
«Я светил фонарем и видел одни только камни в огромном пустом пространстве, и я подумал: Мы сможем выбраться через эту пещеру. Я знал, что от этого места всего тридцать метров до того, где чисто, и я видел, что вверху еще тридцать метров свободного пространства».
Но помимо этого Флоренсио заметил также, что проем, в который он протиснулся, слишком узок, а подъем слишком высок и под силу не каждому. Более крупные и пожилые мужчины не справятся. «Разве что пятнадцать или двадцать из нас могли бы выбраться этим путем. Луис Урсуа не смог бы. Да и Франклин Лобос тоже, как и Хосе Энрикес и Хорхе Галлегильос».
Когда они вернулись в Убежище, Флоренсио узнал, что Андре Сугаррет пытался связаться с ним. «Не пытайтесь повторить свои попытки выбраться, – сказал он. – Это слишком опасно». Флоренсио видел провал, который образовался после падения диорита размером с небоскреб. Он уничтожил шахту 5 августа, но внутри осыпающейся горы каждые несколько дней, если не часов, все еще происходили обвалы. На самом деле Флоренсио чрезвычайно повезло, что с ним ничего не случилось во время последней экспедиции.
В 10:00 тринадцатого сентября вместе с группой инженеров, механиков и бурильщиков, все еще пытавшихся спасти скважину «плана Б», на шахту «Сан-Хосе» прибыла статуя Девы Марии. Новая деревянная статуя была копией Девы Марии дель Кармен, покровительницы Чили и духовной наставницы солдат, что сражались в войне за независимость от Испании. Ее вырезал художник из Эквадора Рикардо Вильяльба по заказу папы Бенедикта XVI, который благословил ее и подарил Чили на двухсотлетие страны. Она путешествовала по шахтам и городам на севере Чили, а после 5 августа тысячи людей просили ее ходатайства перед Господом за попавших в ловушку горняков.
Когда статую Пресвятой Девы в стеклянном ящике внесли в шахту, несколько женщин собрались перед ней со свечами, желтые огоньки которых были защищены от ветра Атакамы самодельными держателями из обрезанных бутылок и стаканов. Мерцающее желтое пламя просвечивало сквозь пластиковую оболочку этих скромных сосудов, окрашивая лица верующих теплым и нежным цветом, так не похожим на сухой серый свет нависших над лагерем прожекторов. Следуя литургии, которую вел священник из Копьяпо, Гаспар Куинтана, женщины шептали молитвы. Горячий воск белых свечей стекал по пальцам, и скоро их иссушенные ветром руки сами начали напоминать плачущие восковые фигуры. Они молили Деву Марию убрать препятствия, что продолжали держать горняков глубоко в недрах горы, и статуя взирала на их молитвы из-за стекла, с прекрасной застывшей улыбкой, которую подарил ей скульптор Вильяльба.
Новость о присутствии на поверхности Девы Марии вскоре дошла и вниз. Католики верят, что силу Божьей Матери можно призвать на землю, и иногда она принимает конкретную форму в объекте, созданном рукой Господа. Такой, к примеру, считалась статуя Девы Марии Канделарии в Копьяпо – крошечная каменная статуэтка, которая в восемнадцатом веке чудесным образом явилась страннику на муле, искавшему убежища от грозы в близлежащих горах. Люди поклоняются этим объектам, поскольку в их присутствии ощущают себя ближе к Богу. И несколько католиков, запертых в шахте «Сан-Хосе», будут приписывать Деве Марии дель Кармен то, что последовало всего через несколько часов после ее отбытия: спасение скважины «плана Б». Бурильщики и инженеры опустили в скважину металлического «паука», и с его помощью им удалось достать десятикилограммовый обломок металла, застрявший на глубине 262 метра. Дева Мария, похоже, действительно замолвила за них слово. После пяти дней и ночей кризиса и молитв самые оптимистичные надежды на своевременное спасение тридцати трех горняков вновь ожили.