Первыми самолет покинули пассажиры, автобус отвез их в основной терминал. Потом прибыл небольшой фургончик, чтобы забрать членов экипажа: они все время держались плотной группой так, чтобы Хамид был закрыт со всех сторон. Чем ближе фургон подъезжал к терминалу, тем сильнее он нервничал.
Когда экипаж самолета вошел в здание, охранник не проявил к вошедшим особого интереса. Они сели на деревянные скамьи в зале с белыми стенами. Единственным его украшением служил огромный портрет Саддама Хусейна в полном военном облачении с автоматом Калашникова в руках. Хамид не мог заставить себя взглянуть на своего «хорошего и близкого друга».
В том же зале в ожидании посадки расположился еще один экипаж, но Хамид был слишком напуган, чтобы пытаться с кем-то завести разговор.
— Это французы, — сообщила ему старшая стюардесса. — Сейчас проверим, стоили ли мои вечерние курсы французского языка потраченных на них денег.
Она заняла свободное место рядом с командиром французского экипажа и задала для начала какой-то совсем несложный вопрос.
В тот самый момент, когда капитан-француз объяснял старшей стюардессе, что они летят в Сингапур через Нью-Дели, Хамид увидел, как в зал вошел человек, которого он знал: Саад аль-Такрити, служивший когда-то в личной охране Саддама. Судя по эмблеме на плече, теперь он состоял в службе безопасности аэропорта.
«Только бы он не посмотрел в мою сторону», — взмолился про себя Хамид. Аль-Такрити не спеша прошел через весь зал, оглядывая американский и французский экипажи, при этом взгляд его задержался разве что на обтянутых черными чулками ногах стюардессы.
Капитан дотронулся до его плеча — Хамиду показалось, что у него сейчас сердце выпрыгнет из груди.
— Спокойно, спокойно! Я просто подумал, что вам будет интересно узнать: старший техник уже на пути к нашему самолету, так что, я думаю, ждать осталось совсем недолго.
Хамид посмотрел в сторону самолета компании «Эйр Франс» и увидел, как к стоящему за ним лайнеру «Пан Американ» подкатил автофургон и остановился под правым крылом. Люди в синих комбинезонах выбрались из машины и встали на подъемник.
Хамид привстал, чтобы получше все рассмотреть, и тут в зал снова вошел Саад аль-Такрити. Он замер на месте, двое мужчин мельком взглянули друг на друга, и Хамид быстро сел рядом с капитаном. Аль-Такрити зашел в дверь с табличкой «Посторонним вход воспрещен».
— Думаю, он меня узнал, — прошептал Хамид. Крем у него над губой стал уже слегка оплывать.
Капитан нагнулся к старшей стюардессе и прервал ее болтовню с командиром французского экипажа. Та внимательно выслушала своего начальника, после чего задала французу куда более существенный вопрос.
Саад аль-Такрити вышел из кабинета и двинулся в их сторону. У Хамида возникло ощущение, что он сейчас грохнется в обморок.
Не удостоив Хамида взглядом, аль-Такрити отрывисто приказал:
— Капитан, я требую, чтобы вы предъявили вашу декларацию, списочный состав экипажа и паспорта.
— Все наши паспорта у второго пилота, — ответил капитан. — Сейчас вы их получите.
— Хорошо, — сказал аль-Такрити. — Когда вы соберете паспорта, принесите их ко мне в кабинет, чтобы я смог все проверить. Да, и попросите ваш экипаж не расходиться. Они ни при каких обстоятельствах не должны покидать здание без моего разрешения.
Капитан поднялся, не спеша подошел ко второму пилоту и попросил у него паспорта. Затем передал приказание, которое его самого застало врасплох. После чего понес паспорта в офис службы безопасности — как раз когда у транзитной зоны притормозил автобус, который должен был доставить французский экипаж на борт их самолета.
Саад аль-Такрити разложил перед собой на столе все четырнадцать паспортов. Затем не спеша, с нескрываемым наслаждением проверил каждый из них. Закончив проверку, он с наигранным удивлением заявил:
— А мне показалось, капитан, что в зале я насчитал пятнадцать человек в форме «Пан Американ».
— Наверное, вы ошиблись, — ответил капитан. — Нас всего четырнадцать.
— Ну что ж, придется мне провести более тщательную проверку, да, капитан? Пожалуйста, верните документы их владельцам. Если окажется, что у кого-то нет паспорта, доложите мне об этом.
— Но это противоречит международным нормам, — возразил капитан. — Я уверен, что вы об этом знаете. Мы сейчас в транзитной зоне и в соответствии с резолюцией ООН № 238 формально находимся не на территории вашей страны.
— Не надо лишних слов, капитан! В Ираке обходятся без резолюций ООН. И, как вы верно заметили, если говорить об этой ситуации, вы действительно даже не на нашей территории.