А с утра нас начали вызывать.
Преподаватель Элен тихо подошла к мексиканке Марии и сказала, что Ги ждёт её в кабинете. Мария сделала круглые глаза, вроде как «ну вот, началось», а Мена тут же показала ей кулак и два пальца как победа и мексиканка ушла.
Потом вызвали Киранжит. Они с Марией вернулись вместе, задумчивые, какие-то успокоенные, будто их угостили конфетками и погладили по голове.
Поочередно вышли Катерина и Лора, каждая отдельно. Вот же дела.
Первой вернулась Лора: она была немного взвинчена, и было ясно, что-то там ей всё-таки сказали. Наклонилась над своей тетрадкой, строчила что-то яростно.
А Катерина, как только вернулась, тут же написала в чат: «Всё ок, не вычитывали, Ги сказал, что пообщается с учителем, и вроде как Аарон новичок, будьте снисходительны».
Пошла Шарлин.
Я уже была как на иголках. Моей вины не было, но вот это самое ощущение, как перед выступлением, что следующим человеком вызовут меня, давало странный адреналин.
Ну логично же?
Логично. Сначала слабые, потом сильные, в конце лидеры. Я не была лидером, но моя рука, поднятая первой после Мены, скорее всего, сделала меня замом.
Шарлин вернулась почему-то весёлая, показала всем два больших пальца вверх, плюхнулась на место и захрустела яблоком. Хруст был слышен даже мне, как интересно.
Моя очередь?
Нет, вызвали китайца. Странно, зачем его? Разве он вообще в чем-то участвовал?
Я мельком посмотрела на Мену — она сидела абсолютно спокойная, собранная, что-то писала в тетради и так напоминала мне спортсмена перед выступлением, что я не сдержалась и сказала ей об этом.
Мена посмотрела на меня и рассмеялась:
— Так я же мастер спорта по плаванию, Вал… У меня есть медали за выигранные международные конкурсы.
Что? Я открыла рот.
— Мена, с медалями и званием мастера спорта по плаванию ты сидишь дома с двумя детьми?!
Мена рассмеялась в голос. Элен посмотрела на нас, и Мена быстро наклонилась ко мне, шепча прямо в ухо:
— Я не могу найти здесь работу, понимаешь? Брали тренером для беременных на пару часов в неделю, так мои дети болеют, а сидеть с ними некому. Да ладно, муж доволен, свекровь тоже, а мне хоть стреляйся уже.
Элен уже в упор прожигала нас взглядом.
Мы с Меной переглянулись молча, и она бросила:
— Потом договорим.
За дверь вышел Алекс, быстро вернулся, что-то шепнул испанцам. Вот те раз, их же даже в чате не было.
Ну всё, из нашей группы остались трое невызванных — Имран, Мена и я, значит, сейчас пойдёт Имран.
Да, он медленно поднялся, открыл дверь и вышел.
Меня охватил мандраж, тот самый, который даёт возможность играть ярко, я прямо ощущала себя полностью собранной. Какая разница уже, все выскажу раз и навсегда, ничего они не сделают.
Как-то быстро вернулся Имран, и тут же следом зашли испанцы.
Ну всё, давай же, вызови меня.
Позвали Мену. Она тоже удивилась, видимо, считала по той же схеме, но холодно встала, тихо отставила стул и вышла. Её не было минут пятнадцать. Мы уже разобрали последнюю тему с Элен, поиграли в «вопросы-ответы», проверили домашнее задание. Оставалось минут десять до конца урока.
Мена вернулась загадочная. Вид был такой, будто она побывала у иллюзиониста и не поняла, кончилось представление или нет. Ни с кем не общаясь, она молча села, и начала писать в тетради, в чате ничего.
Я не выдержала и зашептала ей в ухо:
— Ну что?
Она выставила большой палец вверх, потом им же ткнула в красивый квадратик картона под ее рукой.
— Всё ок. Мне дали 2 билета для меня и тебя на концерт классической музыки. Концерт завтра, в субботу, в девять вечера и там твой русский композитор… Чаковски, кажется? Я не знаю его.
— Что?! Чайковский? Какие билеты вообще? Кто дал?
Мена повернулась ко мне прямо:
— Ги дал и сказал, чтобы наша энергия получила выход и мы наслаждались возможностями Канады. И еще продолжали хорошо учиться, плюс показывать пример остальным.
Абсурд полный, я не понимала ничего.
— Почему дал? Почему тебе? Зачем вообще?! И что, обязательно идти?
Мена философски посмотрела на меня и говорит:
— Пошли, сходим, полтыщи баксов оба билета стоят. Еще, кстати, Ги сказал, что учитель новенький, могут быть шероховатости, и мы должны это понимать, он проведёт с ним тренинги.
На нас уже косился весь класс: на Мену, ибо ждали от неё ответа, и на меня, ибо моё лицо выдавало максимум идиотизма.
Мена, не дожидаясь от меня ответа, молча разорвала большой квадрат пополам по штрих-пунктиру, один билет протянула мне, второй засунула в кошелёк. Показала пальцем перед губами: «Тише», — и зарылась в книжку.