Тут я зависла, в голове что-то щёлкнуло.
— Что? — выдавила я. — Что?!
И мгновенно вспотела, решив, что мне показалось из-за остаточного действия болезни. Может, это галлюцинация? Или побочный эффект травяного сбора?
— А разве мадам Катрин ведёт уровень А3?
Администратор посмотрела на меня с таким раздражением, будто я спрашиваю, почему небо зелёное.
— Какой А3? Она взяла ваш В1 и сейчас проводит занятие. Идите познакомьтесь с группой, сами скажете ей, что уходите, ваша группа В1-3, аудитория 12, по коридору до конца и сразу налево.
«Какой уровень В1? Меня что, оставили в школе? Но как, если я не писала заявление и не принесла справку от доктора? А как же итоговый экзамен, на который я не пришла?»
У меня почему-то затряслись руки и в ушах зазвенело, как тогда, при температуре под сорок. Какой-то административный коллапс, честное слово, цифровой бред.
— Вы можете точно проверить мою фамилию? — я протянула ей свои водительские права.
Она недовольно глянула мельком, спросила:
— Валерия Краснова?
Я кивнула, чувствуя себя соучастницей преступления.
— Да, всё верно, идите.
Я не могла дышать. Вышла в коридор, нашла свою скамейку и рухнула на неё, потом взяла термос и медленно, как отравленное вино, пила горячий настой.
«Компьютерный глюк такого масштаба? Или путаница с фамилией? Возможно… Надо уточнить у Катрин, есть ли моя фамилия у неё в списках. А может, перевели автоматически за прошлые заслуги? Какие? За семьдесят один процент по старому курсу у Элен и постоянные прогулы по новому у Рози?»
И тут я снова зависла.
Меня не было три недели, три подряд, тотально. Более того, я не явилась на финальный экзамен, и никого не известила об этом заранее.
И что?!
Перевели без экзаменов, на курс выше, к легендарной Катрин, и не где-нибудь в частной школе в Африке, а в государственной школе в Канаде, этом оплоте бюрократии.
Нет. Нет, это нонсенс, это абсолютно невозможно. Против всех правил, логики и всей этой системы, где иммигрант просто винтик с кучей бумажек.
Значит, кто-то ошибся и какой-то бедный клерк из администрации перепутал меня с какой-то другой Валерией, украинкой, у которой, наверное, идеальный французский и железное здоровье. Или с Викторией.
Нужно аккуратно всё выяснить, чтобы не подставить этого несчастного человека, который так безбожно облажался.
Но сначала нужно проверить, точно ли моя фамилия красуется в журнальном списке у мадам Катрин.
Я допила свой настой до дна, посидела немного, похлопала себя по щекам, потерла мочки ушей.
Пора идти и встретиться с этим сюрреализмом лицом к лицу, сказав «вашей группе» (моей группе? ха!), что я, такая-сякая, сбегаю в Дубай, извините, дорогие, не судите строго.
Я поднялась и пошла по коридору, чувствуя себя самым настоящим шпионом, внедряющимся в логово супер-учителя.
Дверь в аудиторию 12 была приоткрыта.
Оттуда доносился живой, энергичный голос Катрин и взрывы смеха, такого в наших А-группах я не слышала уже давно.
Я заглянула внутрь и обомлела.
Глава 35. Шприц-карандаш и розовый сланец
Прямо напротив двери висела классная доска и ней мелом были выведены имена группы и их места в классе. Элен такое иногда вытворяла, когда хотела вдохнуть в группу новую жизнь, рассадив лучших подруг и посадив заядлых молчунов рядом с болтунами. Я скользнула взглядом по списку.
Валерия. И место — первая парта, третий ряд.
Мой взгляд автоматически прошерстил класс — первая парта в третьем ряду была рядом с учительским столом. Идеально, прямо в лоб, что называется.
Я прочитала своё имя раз, другой. Буква «я» в конце была смазана и уползала вверх, будто и сама от неожиданности задрала брови.
Сердце вдруг принялось колотиться так, словно оно не пережило коклюш, а, наоборот, прокачалось на нём и теперь билось за троих. Пришлось прислониться к косяку. Потолок был на месте, бетонный, надёжный, никуда не уплывал, уже хорошо.
Я опустила глаза — мои ноги покоились в розовых, с огромными блестками, сланцах дочери. Один блесток уже отклеился и жалобно болтался на ниточке.
Отлично, идеальный штрих, просто полный, законченный, исчерпывающий абсурд.
Картина маслом.
«Бывшая студентка, не явившаяся на экзамен, приходит на первый день занятий следующего уровня к лучшему учителю школы, опаздывая на полтора часа, в пляжном сарафане до пят и в розовых сланцах размера на три меньше нужного, чтобы сказать, что она улетает в Дубай на работу в престижную британскую школу».