Я медленно, чтобы не кашлять, зашагала в сторону класса.
Урок с мадам Катрин был просто сказкой для перетренированной преподавательской души. Она выдавала такие методические находки, что я, не теряя времени, принялась их записывать, раз уж так совершенствуюсь в стенографии.
Её интересная находка — диалоги в стиле «продолжи строчку». Она задаёт первую реплику, кто-то её продолжает, и так дальше по кругу через весь класс. Нужно было не просто понять, что тебе сказали, а помнить всю цепочку сначала, чтобы не повторяться.
В итоге получался почти сюрреалистический рассказ о работе мечты. Я писала свою реплику заранее и в нужный момент просто выставляла её как плакат. Катрин разрешила мне писать остальные реплики на доске, так было проще всем.
В перерыве я подошла к её столу и, уже привычно показывая на горло, вывела в блокноте: «Были ли случаи, когда студентов переводили без экзаменов?»
Катрин улыбнулась, словно я спросила про полёт на Луну.
— Нет, такого ещё не было, но, может, вы будете первой? — сказала она.
От шума в ушах я не до конца поняла: она сказала это в прошедшем или в будущем времени. Вцепилась в неё дальше и написала: «А теоретически, могут ли перевести вот так, без экзаменов?»
Катрин задумалась, постучав карандашом по столу.
— Теоретически… да, могут дать место, если было больше девяноста пяти процентов посещения, и если ваш текущий куратор порекомендует вас как выдающуюся ученицу. Но всё равно должны провести хотя бы устный тест и зафиксировать его в системе.
Потом она пристально посмотрела на меня и спросила:
— А вы почему спрашиваете? Не любите экзамены и хотите попробовать перейти без них?
Я написала: «На всякий случай».
Катрин улыбнулась ещё шире.
— Мы можем попробовать, если вы хотите. Но должно быть только три пропущенные пары, то есть один-единственный день, когда вас нет в школе.
Я посмеялась, вернее, прокаркала что-то хриплое, а учитель странно дёрнулась, и я быстро от неё отошла, нарисовав смайлик.
Да… Картина становилась всё запутаннее. У меня не было девяноста пяти процентов посещения и был текущий куратор, который методично отмечал каждый мой трёхнедельный пропуск в журнале.
Я пошла в столовую, почему-то именно там, среди шума и гама студентов мне думалось лучше. Прошла мимо автомата с кофе, взяла себе стаканчик и села за стол сбоку.
Итак, что мы имеем? Четверо прошлых кураторов, у которых была хоть какая-то возможность сделать этот перевод, и они точно этого не сделали.
Официальный ход без экзаменов — нет, не хватает условий. Ошибка чиновника — мимо, слишком мало для такого глобального шага, отпадает компьютерный баг по той же причине. Нужен дубляж документов в разных независимых системах, как сказал Ваня.
Остаётся человеческий фактор.
И что из этого следует? Следует весьма неординарная вещь.
Кое-кто, имея доступ к документам, продираясь сквозь все возможные бюрократические канадские препоны, даже не имея ни малейшего легального шанса на это в виде грантов, вывел весьма среднего студента из мрачной пещеры небытия в повторном А3 с Рози к светлому будущему в В1 с Катрин без экзаменов и необходимого минимума посещений. И даже без нужных документов.
…Невероятно.
Я упрямо сидела в столовой уже почти тридцать минут после звонка на урок со смутной надеждой встретить там Ги. Его я не видела ни разу с тех самых страстных взглядов в столовой, ни в коридорах, ни у автомата с кофе, ни здесь, в столовой. Будто испарился.
Может, безвылазно сидит у себя в кабинете и ждёт, когда же я примчусь к нему с реверансами? Так может, и пойти?
Я мысленно усмехнулась. Отлично! Прелестная картинка вырисовывается. Я полчаса с сипом и хрипом поднимаюсь по этой тупой двойной лестнице, уже задачка на пять с плюсом. Ну, допустим, каким-то чудом удастся доползти до его кабинета.
И что?
Этим каркающим голосом спросить: «Уважаемый Ги, вы случайно не переводили меня на уровень выше без экзаменов?» Это если будет голос.
А если нет, то что? Совать ему прямо под нос мой блокнот со всеми возможными репликами?
Ну что?! Потрясающий же план!
Это ещё хорошо, если он признается. Хотя в чём — непонятно. Он же точно спросит, почему вы решили, что это я. А я что? Где мои доказательства? Написать: «Потому что вы так страстно смотрели на меня в столовой?» Унижение ещё то…
Или, допустим, он признается… что тогда? Скажет: «Учитесь дальше»? А я такая: «Ой, я не смогу, ибо через четыре дня лечу в Дубай, в британскую школу, так что вы зря меня перевели»?
Но что, если это вообще не он? Тогда начнётся разбирательство в школе — громкое, позорное, с бумагами и вопросами, и, возможно, с вызовами в суд.