– Я не стал бы тебя тревожить. Просто Гена сказал, что ты хотел меня видеть.
Антон стал оправдываться, ожидая, наверное, старых нападок, но, услышав слово «спасибо», чуть не свалился со стула.
– Что? – переспросил он удивленно.
– Спасибо тебе за все, – повторил Дани.
– За то, что не прекращал мои поиски на протяжении всего года, что всегда был рядом, даже когда я поворачивался к тебе спиной.
Он говорил искренне, не прекращая удивлять кузена.
– Ты честный и порядочный мужик, Антон!
Антон готов был провалиться в землю от услышанного, поэтому засомневался. Это точно Дани вернулся домой? Может, провести экспертизу: вдруг появился его двойник?
Как мог этот наглец и хам измениться до неузнаваемости? Но как только Дани сказал, что не желает видеть вокруг гребаных журналистов, убедился в его идентификации.
– Я займусь этим. Ты теперь знаменитость, Дани. Все хотят взять у тебя интервью, особенно узнать о той девушке, которая подарила тебе чудесную дочь. Кстати, она спит, как ангелочек. Няня ее уложила.
– Она у меня умничка. Хорошо, что в маму пошла, – проговорил Дани.
– А еще, найди мне Матфея Кабермана, я хочу срочно с ним повстречаться! – Когда он сказал это, его лицо помрачнело. Они с Сарой ведь так мечтали об этом дне, когда он встретится с ее семьей.
– Хорошо. Я сейчас же займусь этим,– произнес Антон и спросил, не желает ли Дани еще чего-нибудь.
– Я ухожу, Антон. У меня есть одно незаконченное дело, – проговорил ледяным голос Дани, тем самым заинтриговав кузена.
Выходя из черного входа, где его ожидала охрана, он сел в машину и поехал на могилу отца. После похорон старшего Волкова он впервые пришел на кладбище.
Посмотрев на могилу отца, взволнованно произнес: – Ну что, Виктор Петрович, я пришел! А ты все жаловался, что не прихожу, но, как видишь, явился и даже свечку ставлю на твою могилку.
Виктор Петрович Волков.
Он присел на обочину и, уставившись на огромную мраморную статую отца, сказал, что доверяет ему самое ценное и дорогое, что имеет: свою Сару.
– Нас на время разлучила судьба, и по некоторым обстоятельствам я пока не могу к ней пойти! – говорил хриплым голосом, намекая на дочь, еле удерживая слезы. Поставив свечку, Дани достал из кармана сигарету и закурил.
– Так вот, ты пригляди за ней, пока я приду. – Помолчав немного, перед уходом, он добавил сдавленным голосом: — ОТЕЦ!
По дороге он наткнулся на картину. Какая-то женщина умоляла одного московского депутата, но его люди, вместо того чтобы выслушать, пинали ее.
– Как они обращаются с женщиной! Отгоните этих мудаков, пока я не прострелил им всем бошки!
Люди Волкова вмешались и, подняв женщину с земли, привели к нему. Незнакомка узнала Волкова и стала просить у него прощения за то, что когда-то лгала ему. Он сначала не понял, о чем она говорила, но потом вспомнил все. Это та модель, которая год назад пыталась возложить на него ответственность за чужого ребенка, желая подработать деньжат. Но что стало с ней сейчас? Она постарела на лет десять и превратилась в попрошайку.
– Прости меня! Я буду целовать тебе ноги. Может, Господь пожалеет меня и спасет сына! – плакала она горькими слезами.
– Мой сын умирает. Ему срочно нужна пересадка печени. Местный депутат обещал помочь... я поверила, но взамен он просто воспользовался мною. Это карма от Бога, потому что я когда-то хотела использовать сына, чтобы сорвать с тебя деньги.
Она плакала, и умоляла Дани простить ее.
– Я не Бог, чтобы судить тебя, тем более прощать,– произнес он холодно и, сев в машину, продолжил путь.
Дани всегда знал, что это не его ребенок, но и в сторону ни отошёл, приказав, Гене заняться этим делом.
– Позвони в больницу, пусть срочно прооперируют ребенка. Оплати все расходы и лично проследи за этим!– произнес решительно, вспоминая слова жены. "Делай добро без возврата! "