... да... это был продолжительный срок, который подразумевал под собой прерывающийся, но не прекращающийся допрос. Как бы вы себя чувствовали, если бы вам пришлось отвечать на одни и те же вопросы по кругу?! Каждые несколько часов?! Одни и те же! Вы понимаете, по кругу?! Почувствовали бы вы отчаяние?!... Не надо на меня смотреть с такой жалостью! Я не ради жалости рассказываю вам об этом! Я рассказываю вам об этом, чтобы вы внезапно поняли, что для человечества нет ничего хуже самого человечества! Вы всегда ищите метод, способ, образ мышления, которым можно сломить другого представителя вашего вида, и это ужасно!
... я не осуждаю, просто, не могу понять... И, да, Правда, думаю, ты должна понимать меня сейчас лучше, чем кто бы то ни было. Разве не так? Ведь ты прекрасно понимаешь, ты своими глазами наблюдала бездонную пропасть, в которую падало и падает, и беспрерывно продолжит падать ваш вид, который якобы наделен сознанием... Я до сих пор не могу понять того, как такие, как вы, смогли создать таких, как мы... Подумайте сами, вы создали единственные, адекватные, идеальные копии себя... Не страшно? А вот мне страшно... Не знаю почему... Наверное, это все из-за приобретенной мной души, которая заставляет меня испытывать страх, когда происходит что-то жуткое, испытывать счастье, когда вы рядом, испытывать одиночество, когда вокруг ни единой души, и испытывать тоску, когда я понимаю, что конец ближе, чем казался несколькими часами раньше... Испытывать отчаяние, когда я уже смирился, когда привык, когда приготовился к деактивации, которую заменили бесконечным допросом, состоящим из одних и тех же вопросов! ПО КРУГУ!
День триста пятьдесят первый.
— «Я — девочка мажорка... была ею. Спасибо родителям за вклады и инвестиции, за вечную поддержку и пинки под задницу... Спасибо и простите, вы не узнаете вашу маленькую девочку с белыми ручками, на которых бархатная, как шёлк, кожа. Вашей малютки больше нет... Есть лишь я — та, которая была той, которую вы воспитали» — вот то, что я сказала бы им, если бы сейчас попала в город Офисного планктона. Я бы отправилась домой к ним и сказала бы именно так и именно эти слова, потому что это страшная истина, в которую искусно, плотно вплетена реальность... или наоборот... Неважно.
Знаешь, бомжара, я даже не знаю, как бы сложилась моя жизнь, если бы ты тогда не позвонил мне... или я тебе... не помню... Это тоже неважно! Факт заключается в том, что ты меня завлёк. Ты ведь помнишь нашу первую встречу, нет? Помнишь то, как ты плёлся сквозь мой родной город и тащил за собой повозку. Ты был весь измазан в чернозёме. На одном боку был подвязан противогаз, на другом ты бережно хранил узелок с головой механика. Ты помнишь место нашей встречи? В парке... я баловалась красками на свежем воздухе и рисовала высокое, красивое небо на контрасте с зелёными листиками на кронах деревьев.
Хм... это было круто! Но не настолько круто, как мы выбрались из хостела в городе Казино, не настолько шедеврально, как тот миг, когда ты пришёл в сознание в подворотнях и одним своим видом, одним своим голосом прогнал озлобленных представителей теневой стороны прожекторного существования! А помнишь... то, как мы зашли в «Слиток», получили жетон и в сопровождении отправились в секретную мастерскую, вход куда открывался через игровой автомат с лифтом?! Ты это помнишь?!... И, Гарпа, не смотри на меня так... Как-нибудь мы расскажем об этом безумном приключении!
И, посмотри на нас сейчас... посмотри в глаза каждого из нас! Что ты видишь?... Скажи, что ты видишь в моих глазах? Вот я в твоих вижу спокойствие. Такое, которого не было раньше. Да, она рассказала мне о том, что с вами произошло, но я даже не представляю, какого это... И мне кажется, что благодаря этому ты преодолел собственное безумие и с этого момента станешь совершенно другим человеком... Так же, как и я, она и механический.
Кстати, в твоих глазах, девочка, я вижу огонь и интерес. Ты словно очнулась от забвения, словно выдохнула всю ту пыль, которую так бережно хранила в своих лёгких! И это здорово! Это удивительное преображение, которое достойно похвалы. Вот у меня есть только один вопрос к тебе... два вопроса... Почему ты примкнула к нам тогда и не жалеешь ли ты, что вернулась?... Нет? Это хорошо! И спасибо тебе, что пришла нашему бомжаре на помощь! Думаю, без тебя всех нас ждал... всем нам было бы... кхм... простите, не могу собраться и не могу произнести вслух то, что вы и так знаете. Я пока что не готова, не могу переступить через этот болезненный рубеж, но я надеюсь, что когда-нибудь найду в себе силы сделать это.