Поднимаю глаза, смотрю на Хаджарова. Мы с ним связаны сильнее, чем сиамские близнецы. Никто и ничто нас не разведет в разные стороны. Это просто невозможно. Столько лет вместе, преодолевали все трудности, поднимались с самого дна, чтобы оказаться наверху и смотреть вниз, ценить то, что имеешь. Никто между нами не встанет: ни враги, ни женщины, ни жажда власти и денег.
— Что с Риной у тебя? – перевожу тему со своей личной жизни, на личную жизнь Хаджарова. При упоминании Рины, выражение лица Алика становится мягче, в глазах появляется улыбка.
— Все хорошо. Мы потихоньку привыкаем друг к другу и осторожно планируем будущее, но, - Хаджаров полностью поворачивается ко мне. – Ты не уходи от темы. Что с ее ногой? Долго она будет в инвалидной коляске народ пугать?
— Врач сказал, что реабилитация потихоньку идет. Она молодая, кости срастаются быстро. В любом случае, скоро будет бегать, как горная коза. Боюсь, тогда мне придется присматривать за ней более пристально.
— Это ты о чем? – Алик заинтересовано поднимает бровь, обходит стол и садится на стул. – Боишься конкурентов?
Конкурентов не боюсь. Куда хлюпикам до меня, но вот Лира как раз и может повестись на бойкого, веселого ровесника, с которым совпадут волны. Илья уже отчитался, что на торжественной линейке для первокурсников возле Лиры крутился все время пацан. Ревности нет, мне просто не нравится сама мысль, что возле нее ошивается молодняк с повышенным тестостероном.
— Будет ходить с охраной, - иронизирую, тянусь к папке, для вида открываю. Алик задумывается над чем-то, потом дергает головой.
— Собственно, чего я пришел и прервал тебя, - усмехается, намекая на мой несостоявшийся поцелуй с Лирой и ее скорый побег. – Бюджет на следующий месяц. Понимаю, сентябрь только начался, но ты знаешь, как я люблю планировать на пару месяцев вперед.
Алик умеет переключаться, как и я, поэтому личные темы у нас уходят на третий план. Мы плотненько с ним работает пару часов, потом он уезжает, а я уже разгребаю текущие дела в офисе. С тех пор как живу с Лирой, стараюсь не задерживаться. Не всегда получается, но желание уйти вовремя систематизирует и дисциплинирует.
По дороге домой заезжаю в цветочный магазин, покупаю букет в честь первого дня в университете. Еще меня заносит в торговый центр в ювелирный отдел. Знаю, чего хочу, поэтому не мучаю себя и консультантов. Выбираю золотую подвеску в форме звезды. Пусть Лира сияет всегда и везде. Довольный собой уже на всех скоростях спешу к малышке. Надеюсь, она меня терпеливо ждет.
Открыв дверь, разуваюсь, иду на поиски девушки. Сразу направляюсь в ее спальню, но тут же торможу, заметив Лиру в гостиной, стоящей возле окна. Костыли небрежно лежат на диване. Она явно не услышала, как я пришел, настолько увлеченно погружена в телефон. Стою, не шевелюсь, мрачнею лицом. Вроде ничего такого не происходит, но мне абсолютно не нравится ее сдерживаемая счастливая улыбка. Мне не нравится, как она нетерпеливо что-то пишет, так же нетерпеливо ждет от кого-то ответ, а когда его получает, радостно терзает губу зубами.
— Не боишься упасть? – тихо обнаруживаю себя.
Лира вскидывает голову. Испуг, мелькнувший в ее глазах, меня настораживает, но я делаю вид, что ничего не вижу, улыбаюсь. Подхожу к девушке, протягиваю ей цветы. Она спешно убирает мобильник карман домашних штанов.
— Это мне? – осторожно берет букет, принюхивается и смущенно прячет свое лицо в этом венике. – Зачем?
— Хочу, чтобы у тебя остались самые приятные воспоминания о первом дне в университете. У меня еще подарок для тебя.
— Подарок?
Лира широко распахивает глаза, в них мелькает удивление и смятение. Она напряженно наблюдает за моими движениями, шумно втягивает в себя воздух, когда я достаю из кармана пиджака небольшую коробочку и снимаю крышку. Беру цепочку, коробку кладу на подлокотник дивана, подхожу к девушке. Медленно ее обхожу, замирая за спиной. Лира дома ходит в спортивной майке, в ней нет нужды носить бюстгальтер. Волосы распущены, я их собираю в хвост и перекидываю на одну сторону. Не спешу вешать подарок на шею, любуюсь выпирающимися позвонками, сдерживая себя, чтобы не коснуться их костяшками. Однажды я облапаю Лиру с ног до головы. Зацелую каждый миллиметр ее кожи. Оставлю засосы, как альфы самцы ставят метки на своих самках. Я возьму свое по максимум.