— Сто лет не видел, как ты выходишь из себя. Обычно именно ты насмехаешься над чувствами, а тут тебя переклинило. Девочка зацепила?
— Она вроде занозы, сидит глубоко, без вмешательства врача не вытащишь, особо не мешает, а стоит напрячься, тут же о себе напоминает.
— Если проблема беспокоит, стоит на нее взглянуть, а не убегать, как ты это делаешь.
— Ты тоже убегал от проблемы, - не упускаю возможность напомнить Хаджарову его промахи. Он, конечно, сразу поджимает губы и недовольно зыркает в мою сторону. – Поэтому в данном вопросе тебе ли раздавать советы, - завожу машину. – Отвезу тебя к твоей «проблеме».
— Раньше ты не был таким говорливым, а сейчас на каждую фразу имеешь мнение, - бурчит Алик под нос, пристегиваясь. – Я еще не привык к тебе такому.
— Постепенно привыкнешь. И к Рине тоже, - выруливаю джип на дорогу. – Только прошу тебя, не замыкайся, тебе есть на кого положиться, - кидаю на Хаджарова испытывающий взгляд. Он ожидаемо сейчас в себе, не спешит делиться мыслями вслух. Раньше не особо был откровенен, сейчас подавно, но я уверен, что мы с Риной справимся и пробьем брешь в этой броне.
Рина живет в квартире, которую ей оставил Алик. В той самой квартире, где они жили вместе какое-то время. Там, конечно, не все в первозданном виде, девушка ремонт делала, но вышло мило. Приглашала как-то на чай. Вообще я с Риной старался максимально дружески поддерживать связь. Поздравлял с праздниками, присылал ей цветы и подарки от себя и Алика, даже если он и не просил. Иногда звонил просто так, иногда мы с ней встречались и вместе ужинали, когда у обоих было свободное время. Теперь и не скажешь, что я был яростно настроен против нее. Сейчас воспринимаю девушку как сестру, так как Хаджаров для меня брат. И этих двоих готов защищать, оберегать.
— Узнай о ней все, - неожиданно подает голос Алик, заставив меня вздрогнуть. – Сколько не закапывай проблему, проблема все равно вылезет и будет мешаться. Я не люблю говорить шаблонными фразами, но сдается мне, что вас сталкивает сама судьба. Вопрос только зачем.
— Наверное, показывает мне, что я могу быть благородным человеком при мрачном прошлом, - криво улыбаюсь. – А-ля Робин Гуд, защищающий слабых и обездоленных. И потом, как я о ней все узнаю, если без понятия, кто она такая!
— Поэтому я спросил менеджера ее имя и фамилию, - усмехается Хаджаров. – Не благодари.
— Больно надо, - фыркаю, заезжая на территорию жилого комплекса, останавливаюсь возле нужного подъезда.
Алик не спешит выходить, я терпеливо жду, когда он созреет. Пока он там гоняет в голове разные мысли, выхожу и спешу к цветочному магазину. Меня встречает улыбчивая девушка-флорист. Рина любит цветы, ей без разницы какие. Недавно она подсела на доставку букетов, которые нужно самой собирать. Теперь у нее дома всегда живые цветы.
Выбираю пионовые розы цвета фуксии. Мне красиво пакуют в бумагу, отдают букет, вздохнув, что кому-то сказочно повезло иметь такого мужчину. Ничего не говорю, лишь улыбаюсь. Заруливаю в кондитерский магазинчик, выбираю бенто-тортик с банальными сердечками. Замечаю, как вновь провожают завистливым взглядом девушки-продавцы. Возвращаюсь к машине, только подхожу к пассажирской стороне. Открываю дверь, Алик удивленно смотрит сначала на цветы, коробку с тортом и потом на меня.
— Что это?
— Это то, что любят практически все девушки на планете. Даже если они будут утверждать, что цветы им не нужны, а сладости на ночь не едят, они все равно будут признательны такому вниманию.
— С каких пор ты стал таким дамским угодником? – Хаджаров забирает у меня букет, коробку. – Ты меня не перестаешь удивлять.
— Обращайся, плату за советы брать не буду по старой дружбе, - киваю в сторону подъезда, замечая, как к нему идет девушка, погрузившись глубоко в себя.
Алик тормозит. Он тоже обращает внимание на идущую девушку и впадает в ступор. Непроизвольно пятится назад, словно внезапно передумал, струсил, но я его хватаю за руку и буквально толкаю на тротуар. Он почти налетает на девушку.
Прячусь за машину, наблюдаю через окна машины. Рина замирает. Алик впервые в жизни, наверное, смущенно стоит перед ней, смотрит исподлобья. Молчат, но их молчание настолько выразительно, что нет нужды в словах. Рина то ли смеется, то ли всхлипывает, непонятно, но тут же кидается на шею к Хаджарову, уронив на землю пакет и сумку. Что-то бормочет, не могу разобрать что именно.
Алик не заваливается от неожиданности на спину, удерживает Рину, букет и торт, умудряясь еще обнимать. Когда парочка начинает самозабвенно целоваться, отворачиваюсь, прислонившись к машине, поднимаю голову к небу. Там сияют звезды. Сегодня нет тумана, их отчетливо видно. Можно загадать даже желание, если увидишь падающую звезду. Правда, я в такую ерунду не верю.