Регина сидела, хватая ртом воздух.
— Это бесчеловечно, — выдавила она из себя. — Я слегла в больницу. Мне не разрешали контактировать с внешним миром. Не могла же я сбежать оттуда, чтобы вернуться на работу?
— Кто же требует? — парировал Игорь. — Всё нормально. Фирма стоит, ничто не упало, небесный свод не рухнул нам на головы. Но надо вести себя по-человечески, Регина Михайловна, и радоваться тому, что всё закончилось хорошо, а не так, как должно было.
— Раньше мои подчинённые меня слушали.
— Ваших подчинённых, Регина Михайловна, раньше не бросали в гордом одиночестве, — зло ответил Игорь, теперь уже поднимаясь. — Но теперь, когда вы вернулись на рабочее место, можете приступать к своим профессиональным обязанностям. Не стану вам мешать.
— А если я тебя уволю по какой-нибудь другой статье? Потребую заявления по собственному желанию? — мстительно спросила Разумовская.
Он остановился уже у выхода и посмотрел на неё.
— Я надеюсь, вы сами разберётесь с документами, — Игорь говорил совершенно спокойно — да он и вправду не испытывал никакого волнения. — Потому что мне надо возвращаться к работе. А что до моего увольнения… что ж, это не единственная фирма в нашем городе, не так ли? Но вам придётся не только разбираться со всем в одиночку и очень долго искать мне замену, а и объяснять мистеру ван Дейку и его помощнику, что стряслось.
Регина широко распахнула глаза, но больше ни одно обвинение не сорвалось с её губ.
— Хорошо, — ответила она холодно, — я поняла. Но я бы очень не хотела, чтобы личное мешало чьей-либо работе.
— Да, — кивнул он. — Разумеется. Надеюсь, вы тоже начнёте придерживаться этого же принципа. Всего хорошего, Регина Михайловна.
215
30 сентября 2017 года
Суббота
— Только что звонила Регина. Спрашивала, почему ты не подходишь к телефону, — Саша присела на поручень дивана и прислонилась к плечу Игоря. — Я сказала, что ты вышел, но…
— Я обещаю в следующий раз поднять трубку, — заверил он девушку. — Если она вдруг вздумает позвонить, разумеется.
— Конфликт до добра не доведёт.
Соглашаться с Сашей Игорь не спешил, вместо этого нагло стянул её с поручня и усадил себе на колени. Александра, прежде смущавшаяся подобных манипуляций, только заливисто рассмеялась и сама, без дополнительных требований — это случилось впервые! — поцеловала Игоря в губы.
Никогда ещё Ольшанский не видел её такой счастливой. И даже выразительное покашливание Леры Сашу нисколечко не смутило. Та оторвала взгляд от экрана ноутбука и громогласно заявила:
— Я тут, между прочим, пытаюсь сосредоточиться на задании по программированию! А вы мне мешаете!
— Ты нам тоже мешаешь, когда в час ночи включаешь музыку, — пожала плечами Саша. — Приучайся. Или переезжай жить в общагу.
— А ты вообще…
Лера запнулась как раз вовремя и сделала вид, что ничего дурного сказать не хотела.
Её перевоспитание занимало некоторое время. Игорь никак не мог заставить жительницу его дома вести себя в соответствии с общими правилами. Валерия то и дело срывалась, начинала своевольничать, демонстрировать характер. Разумеется, это ничем хорошим не заканчивалось. Добиться желаемого результата она не могла, а немая ненависть к Саше девушку совершенно не смущала. Она вообще, казалось, не думала ни о чём дурном и с каждым днём улыбалась всё более радостно.
— Вы достали со своей любовью! — проворчала Валерия. — Сколько можно вообще? Только и делают, что…
Вместо того, чтобы ругаться, Саша только высвободилась из рук Игоря и, всё ещё сверкая, как начищенная монета, вернулась к процессу уборки.
Пыль она протирала на столе с особой тщательностью только по той причине, что там сидела Лера. Девушка вынуждена была поднимать то тетрадь, то ноутбук, и Игорь возмутился бы такому Сашиному поведению, не заметь он открытую вкладку гугла с совершенно не относившимся к учёбе запросом.