А потом, когда дедушка ушёл, веселье прекратилось. Хозяйкой праздника стала мама, на стол перекочевали её любимые блюда, и Игорь, тогда уже довольно взрослый, сбегал из дому рано утром и отправлялся к бабушке. Они ставили такую же большущую, только искусственную сосну, наряжали её игрушками, но уже куда более бедно, а на подоконнике оставляли ветку живой ели. Приходила и Яна, только попозже, когда умудрялась сбежать от матери. Родители встречали Новый год вдвоём, уже и не вызванивая собственных детей. Игорь, Яна и Ева Алексеевна не пускали их в маленькую идиллию, наполненную невысказанной тоской по прошлому. Они тоже смеялись, тоже были счастливы, только на столе никогда не появлялось фирменное дедушкино мясо — потому что никто, кроме него, не умел так приготовить…
Теперь, когда и Игорь, и Яна вылетели из-под родительской крыши, уже совсем не неоперившиеся птенцы, им хотелось порой вернуться к бабушке и отпраздновать Новый год вместе. Но в прошлый раз Ольшанского не отпустила Вера, пожелавшая, чтобы её куда-то сводили, а перед этим два года подряд он сидел на работе и допиливал какой-то очередной проект.
В этот раз Ольшанский впервые ни о чём не думал. Ему не хотелось в прошлое, не хотелось увидеть стол, заставленный бабушкиными блюдами — не хотелось искать тарелку с дедовым мясом, пустующую уже больше десяти лет. Он радовался, что здесь была плохая связь, никого не надо поздравлять, что он не в пустом офисе, где кроме него и Регины — одни только глухие к человеческим бедам стены.
— Ты счастлива? — спросил он Сашу, вдыхая елово-снежный аромат новогодней ночи. — Вот сейчас.
— Счастлива, — отозвалась хрипло она. — Как никогда прежде.
Александра наконец-то прикрыла окно, но неплотно, чтобы струя прохлады всё ещё пробивалась в маленький домик, и повернулась к нему лицом.
— Сейчас будут бить куранты, — прошептала девушка. — А у нас ни шампанского, ни заготовленных бумажек с желаниями.
Игорь усмехнулся.
— Знаешь, что я загадывал в прошлом году?
— Рассказывать нельзя, — возразила Саша, прижимая палец к его губам. — Я о своём молчала. И оно сбылось.
— Моё тоже сбылось, — мягко ответил он. — Может быть, даже слишком.
Игорь склонился к ней и прикоснулся к губам осторожным, вкрадчивым поцелуем, наверное, уместным больше не для семейной пары, а для людей, которые совсем недавно познакомились. Саша ответила — тоже так, будто боялась испугать что-то, зажмурив глаза, чтобы скрыться от окружающего мира за полуприкрытыми ресницами…
122 — 121
122
1 января 2018 года
Понедельник
Зимнюю тишину разорвали вспышки и громкий треск. Мелкие искры, отражаясь от снега, сверкали ещё ярче, и небо в один миг окрасилось в миллиарды новых оттенков. Игорь, никогда прежде не испытывающий интереса к фейерверкам, завороженно наблюдал за огоньками, вспыхивающими то тут, то там.
— Ты смотришь на них, как Магнус, — рассмеялась Саша.
— Спасибо на добром слове, — Ольшанский коснулся губами её виска. — С котом меня давно не сравнивали.
Она тоже хихикнула в ответ; удостоиться звания Магнуса дорогого стоило, их безгранично вредный кот мог повергнуть в шок кого угодно. Игорь даже обрадовался, что сейчас любимого питомца с ними не было, и некому было разрушить странную атмосферу сказки.
— Привыкай, — Саша немного откинулась назад, прижимаясь к мужу. — Теперь будут. Так что ты загадал в прошлом году? Если уже сбылось, то можно.
Игорь вспомнил, как смотрел тогда на Веру, с трудом подавляя вспыхивающее раздражение, и невольно сравнил то состояние с сегодняшним.
— Я захотел, чтобы всё изменилось, — ответил наконец-то он. — Возможно, изменилось даже слишком многое…
— Я тоже, — вдруг промолвила Саша. — Тоже попросила, чтобы моя жизнь полностью поменялась. И вот оно как вышло.
На её губах расцвела ласковая, нежная улыбка, словно девушка вдруг обрадовалась тому, как всё получилось, поняла, что желания всё-таки сбываются.
— Но что в этот раз загадала — не скажу, — прошептала она совсем тихо, так, что Игорю пришлось напрягать слух, дабы за треском фейерверков различить произнесённые слова.
Он не настаивал. Это было право Саши — скрывать свои желания. Он тоже молчал о собственном, даже сделал вид, что ничего не попросил, решил пустить это на самотёк. Но ведь это было неправдой. Игорю просто показалось в какой-то момент, что у них с Александрой и в этот раз получится одно и то же желание, и мысли, прозвучавшие в волшебные минуты наступления нового года единогласно, синхронно, обязательно должны материализоваться.