Выбрать главу


 

«Отец был бы недоволен», — подумала Мел.


 

И через мгновение, долю секунды, когда ветер подул в ее сторону, линия на ее лбу разгладилась — Рошель услышала запах, который преследовал ее на протяжении последних двух дней. Он, как назло, издевался над ней: появлялся из ниоткуда, давал о себе знать, и исчезал, не позволяя вдоволь насытиться. Мел вдохнула и задержала дыхание, так, как задерживает дыхание курильщик, к которому в руки попадают сигары King of Denmark*: в затяг, чтобы ничего не упустить, распробовать каждую ноту.


 

Это был аромат ласкающей, теплой осени: сухих листьев, недавно опавших с деревьев.


 

Парень внимательно следил, как пальцы Памелы крошили остатки снега в руке, перетирая его в зимний песок; он смотрел на ее прикрытые карие глаза, которые больше не изучали его лицо, а были затянуты пеленой.


 

Ему стало интересно: о чем она думала?  Что заставило ее оторвать взгляд от самогó Натаниеля Маккензи? Что заставляло ее постоянно уводить взгляд от самогó, черт возьми, Маккензи? От парня с выточенным лицом, пленительно-серыми глазами и нахальной ухмылкой.


 

— Маккензи! — чей-то голос эхом раскатился по лесу, заполнив пробелы в еловой коре.


 

Нэйт обернулся, бросил идеально ровный снежок на землю и, тряхнув кистью, зашагал к выходу из леса.


 

А Рошель осталась стоять, всматриваться в следы, оставленные им, и хвататься за нити запаха сухих листьев.


 

Она не любила осень, не любила, когда    таял лед — Памела была весной, любившей чистый, крахмально-белый снег.


 

                                 ***


 

*Фирма самых дорогих сигар в мире(около 4 тыс. долларов)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍


 

Надеюсь, что я справилась с задачей: показать любовь Памелы к природе. И эта маленькая сцена «ревности» к снежинкам была написана ради раскрытия этой черты. Я думаю, несмотря на то что глава маленькая, ее можно официально считать точкой невозврата(как  сказанула).


 

Пишите ваше мнение/критику/мысли.


 

Как пишут американцы:

хохо

Мерилэнд

Мел брела по ступенькам жилого дома, поднимаясь на свой этаж. Ноги вяло переставлялись от усталости, минуя лестничный пролёт за пролётом.


 

«Вот бы установили лифт...» — замечталась Рошель, опираясь на перила, — лифт в доме с арендной платой триста долларов в месяц? Слишком большая роскошь. Она устала вздохнула и поправила волосы, которые хаотично торчали после влажного воздуха.


 

Дверь подалась хозяйке и со скрипом открылась, впустив девушку внутрь. Памела забегала взглядом по теням на стене, которые скакали и резвились, будто приветствуя ее. Рошель разделась и оглянулась по сторонам — она чувствовала неприятный холодок, который гулял вдоль ее позвоночника и заставлял волосы шевелиться на затылке. Мел очень не любила быть дома одна. Привыкшая в детстве к одноэтажному уютному бараку у себя на родине она испытывала дискомфорт всякий раз, когда оставалась закрытой в пустой квартире.


 

— Леми? — тихо спросила Рошель. Она выглянула из-за угла коридора, в конце которого располагалась кухня, и увидела силуэт сидящего человека, — Лемюэль?


 

Ответа не было. Мел сглотнула и на носочках побежала в свою комнату. Ее дыхание сперло, словно в груди образовалась пробоина. Рошель коснулась холодной, скользкой двери и вспомнила, что закрыла ее на ключ.


 

«Ох, божечки...— Девушка оглянулась назад и всмотрелась в темноту квартиры, в голове начали всплывать образы демонов, про которых Памеле рассказывали в детстве. Она напрягла зрение, стараясь разглядеть нечто похожее на существо, но ничего не увидела. — Это все сказки...» — убеждала себя Рошель, но, услышав звук в коридоре, жалобно пискнула.


 

— Леми? — Она уже не надеялась на ответ и готовилась выбежать на лестничную площадку.


 

— Мел? Ты чего свет не включила? — Звук щелчка раздался по квартире, и мрак развеялся, скатившись по полосатым стенам.


 

— Боже, как ты меня напугал! — Рошель прислонилась к двери спиной и прижала руку к бешено стучащему сердцу.


 

— Да я сам испугался, — признался парень и чихнул. Мел пристально посмотрела на Леми взглядом «а-не-заболел-ли-ты-часом», и тот, шмыгнув носом, пошёл обратно на кухню.


 

Памела последовала за ним:


 

— Мел, ты меня пугаешь. Чего ты крадёшься за мной? — Лемюель обернулся и, увидев как сестра идет на цыпочках позади него, ускорился.