— родители приезжают из города, переодически.
— хорошо, — он ещё раз улыбнулся, оглядел меня и ушёл.
Чтобы отвлечься от дурных мыслей, а их в мою буйную головушку лезет придостаточно, решила навести порядок в доме. Мне же тут ещё неизвестно сколько жить.
Начала с чулана и своей комнатушки.
Дача досталась деду ещё в 70х, от КБ в котором он трудился. Ездили сюда редко, а благодаря близости к Москве, если и бывали, то ночевать почти не оставались.
Летний домик выглядит вполне добротно, но использовали его обычно как хоз. блок. Второй же этаж вообще забит всяким хламом. Ну я и до него скоро доберусь.
Надо бы постирать шторы, но как? Вода из летнего водопровода ледяная…
— помочь?
Я подпрыгнула от испуга, и кажется даже взвизгнула.
На дверь оперался Саша. Тот самый, с дыркой в руке.
— что вы тут делаете? — одергиваю короткое платье.
— как ни странно, тебя ищу.
— зачем?
— ну не по собственной воле, хотя… — он плотоядно улыбается, осматривая мою фигуру, но быстро отводит глаза, — воды дай, пить хочу, умираю.
Попив и по хозяйки прогулявшись по участку, садится на багажник припаркованной у калитки мазды.
— тебя Дин ищит, но если хочешь, я могу забыть о нашей встрече.
— зачем?
— я же понимаю, ты молодая, красивая, а он дядька взрослый. Не нравится, вот и бегаешь.
— спасибо Вам! — не хочу объяснять всю сложность ситуации, пусть думает что хочет.
— брось, можно на ты. Я то не такой древний, — веселится старый знакомый.
Что то мне не нравится в его поведении, как и в тот раз. Глаза не добрые.
Впрочем у меня, в последнее время, развилась мания приследования. Кругом видятся враги.
— спасибо, у меня ещё много дел, — ретируюсь к дому.
— хорош! Какие дела?! Выбивать тухлый ковёр? Поедем прокатимся, — Саша похлопывает по крыше новенькой машины, — тачка — пушка!
— извини, не могу, надо шторы постирать, воды нагреть.
Он спрыгивает и направляется ко мне.
— ты вроде как моя должница…
Я смотрю на шрам на его руке. Сейчас мне уже не так то и стыдно за эту рану.
Парень тоже уловил взгляд и инстинктивно потёр руку.
— может тогда накормишь голодного путника?
— конечно! Картошку будешь? У меня правда нет ничего мясного…
— давай! Я сегодня без завтрака.
Пока я грею картошку, мужчина брезгливо рассматривает разбросанные вещи.
— мдааа… Тот ещё клоповник. Тебе совсем не подходит.
— а мне тут нравится, тихо, спокойно.
— ага! Бары, клубы, вечеринки и полно богатых парней, — с сарказмом замечает садясь за стол.
— почти. Огород, рынок и местная шпана, — отвечаю тем же тоном.
— понятно.
После обеда Саша все же решил уехать, чему я несказанно обрадовалась.
На крыльчке парень попытался приобнять меня за талию.
— я ещё заеду.
Ловко вывернулась и рванула к калитке, открывая её.
— пока красавица!
Саша уехал.
Но не успела я разобраться со злополучными шторами, тазами и лейками, мазда вновь затормозила у ворот.
Я поплотнее запахнула длинную кофту и вышла к калитке.
— я тут подумал, может тебе нужна компания? Скучно одной, да и ночи холодные… — он пошло подмигнул и ухватил мою руку.
— мне не скучно. — освободить запястье не получается.
— ну будет ещё веселее! — нахальный смешок и знакомый напирает, протискиваясь в калитку.
Я пытаюсь сопротивляться, но понимаю, что силы не равны.
— Саша мне больно.
— простите пожалуйста, — злорадно парирует мужчина, но хватку не ослабевает, а напротив толкает к дому сжав руку ещё сильнее.
Стремительно наступающий вечер перестал быть приятным. И теперь я судорожно соображаю что делать. Кричать, звать на помощь? Ударить? Чем? Осмотриваю крыльцо, но не нахожу ничего подходящего.
Попробовать заговорить?
— а может я приготовлю что нибудь на ужин? — стараюсь чтобы голос не дрожал.
— как мило! — взгляд липкий, неприятный.
— а может ты попробуешь загладить свою вину? — он подносит к моему носу шрамированную руку.
— да, да, конечно, — лепечу прежде чем понимаю смысл сказанного.
Саша резко опускает меня колени и расстегивает джинсы.
Оглядываюсь на калитку чтобы оценить как далеко успею убежать…
Мой взгляд встретился с обжигающим зелёным пламенем. Возле машины стоял Денис. Злой. Очень, очень злой.
Он тяжело дышал наклонив голову. Вены вздулись и я видела как пульсирует кровь на широкой шее.
Ой что сейчас будет! Повинуясь инстинкту прижалась к заборчику и закрыла лицо руками.
— сука! — прошипел монстр и схватил Сашу за шиворот.
Треснули нитки, послышался глухой удар и неприятный круст. Потом тихое бульканье. Удар, ещё, ещё. Звук волочения и стук автомобильной двери. Все сопровождалось глухими стонами.
— вставай, — огромная рука резко подняла меня на ноги, — иди в дом.
Для закрепления сказанного мужчина довольно грубо подталкнул мою безвольную тушку в сторону крыльца.
Прижавшись спиной к хлипкой дверке думаю: он его убил? А если нет, то убьёт? И что он там делает? Но выглянуть страшно. Если что смогу на суде честно сказать, что ничего не видела.
Проходит час. Я понимаю что очень хочу в туалет. Придётся выйти, так как вход в уборнаю находится на крыльце.
Во дворе тихо. Машин у забора нет.
Неужели просто уехали?
Подождала ещё пару часов. Сижу на кухне, на табуретке, у окна. Свет не включаю. Почему? Не знаю. Наверное пора ложиться спать, но ни как не заставлю себя встать.
В половине одинадцатого свет фар застывает у забора. Машина глохнет, но из неё никто не выходит.
Жду. Полчаса, час.
Глаза слипаются. Не могу больше терпеть. Засыпаю на узкой кроватке в бывшей детской.
Денис.
Солнце моментально нагрело кузов и в салоне стало душно. Спина ноет, шея не поворачивается, а рука пульсирует от тупой боли и… О Боже, внушительной опухоли. И без того здоровенный кулак сейчас похож на разваренный пельмень.
Зато решилось сразу две проблемы.
Не надёжный элемент выбыл из нашей команды. Тая нашлась и ей больше ни что не угрожает.
Ооо как все затекло! Спать в машине точно было плохой затеей.
Размяв окоченевшие конечности решил глянуть на дворец моей ненаглядной.
Крошечный шитовой домик с остатками зелёной краски. Сортир сооружен тут же, на крыльце, которое уже чуть покосилось. Вода из летнего водопровода, по участкам тянется ржавая многоколенчатая труба. Тазики, кипятильник, лейки. Пара ухоженных грядок, цветник в полисаднике. Надо же. Выглядит все простенько но аккуратно. Возле калитки мешки с мусором.
Окна помыты, ступени и дорожки подметены.
Образцовое хозяйство.
Из дома выпорхнула заспанная Танечка и я сразу вспомнил почему решил ночевать в машине.
Стройные загорелые ножки в коротких шортиках, очертания высокой груди под тонкой майкой, вздернутый носик, растрепанные волосы.
Она сладко потянулась поднявшись на мысочки, а я замер наслаждаясь волшебным зрелищем.
Худенькая фигурка скрылась за туалетной дверью.
Надо бы быстро убраться отсюда и не искушать судьбу. Но как вот её, такую, оставить.
Подхожу к крыльцу, упираюсь плечом в опору.
Всё же нужно обработать руку перед тем как уехать.
Тася выходит с зубной щёткой во рту и стаканом воды в руках.
— привет малыш.
Тася разворачивается на пятках и скрывается в доме.
Вот это встреча! Я конечно вчера был зол и может маленько грубоват, но могла бы хотя-бы поздороваться.
Поднимаюсь по ступеням и следую за ней.
За хлипкой входной дверью кухня. Почти пустая. Стол пара табуреток, старое кресло. Короткий гарнитур с электрической плиткой. Большие окна со старой раскладкой ромбами. Кружевные занавески.