Медленно смакуя остатки еды, Миллер закончил свою трапезу. Положив наличность в книжечку со счетом, он взглядом нашел обслуживавшую его официантку, и кивнул ей. Девушка принесла и поставила перед Миллером картонный стакан с кофе, закинула книжку с деньгами в карман передника и, ловко балансируя собранной со стола агента грязной посудой, удалилась из зала.
С приятной тяжестью в желудке и чувством выполненного долга в голове Брюс Миллер направился в сторону выхода. Как завязать разговор с вышибалой Джеком, он пока не знал, но по пути решил полагаться на «нахрап» и импровизацию. Одолеваемый этими мыслями, Брюс Миллер чуть не уперся лбом в подбородок Джека; сразу же себя внутренне сильно выругал, потому что за период нахождения здесь очень растерял навык концентрации и был совсем не собран.
- Джек? – От неожиданности Миллер сразу дал понять, что знает собеседника.
- Да. – Удивленно пробасил громила, стоящий немного неровно из-за негнущейся правой ноги. – А ты кто?
- Моё имя Брюс Оуэн, - Миллер вспомнил что под этим именем его записал в книге постояльцев парень, похожий на моржа. – Я старый приятель Ларри Нильсона. Он как-то о тебе рассказывал.
- Этот черномазый коп – твой друг? – Джек не переставал удивляться, но спохватился и поправил извиняющимся тоном – Прости. Был другом. Ужасная смерть. А меня-то откуда знаешь?
Миллер смотрел снизу-вверх на грозного лысого охранника, на его страшный шрам, на гуляющие желваки на массивной тевтонской челюсти – и ему становилось очень не по себе. Это был как раз тот тип людей, от которых хотелось исчезнуть, забиться в дальний темный угол и никогда больше не встречаться. Какая-то дикая первобытная аура. И Джим Корбетт её преодолел с помощью пули в колено. Агент понял, что пауза затягивается и ляпнул первое, что пришло в голову.
- Корбетт.
- Что? – Глаза громилы едва держались в своих посадочных местах, так велико было его удивление. – При чем здесь он?
- Ларри рассказывал о тебе и происшествии с Корбеттом. Только это было так сбивчиво, что я ничего не понял.
- Ты тоже коп? – Джек не церемонился, задавая вопросы, и Миллер понял, что первобытной была не только аура, но и мозги.
- Нет-нет, - Миллер активно жестикулировал, отрицая своё отношение к полиции. – Мы с ним были приятелями, у меня частная детективная практика, и частенько делились разными мыслями и новостями. И вот, он попадает в эту страшную аварию, а я до позавчерашнего дня ни слухом, ни духом.
- Приятель, - Громила Джек понизил голос до шепота, но всё равно говорил так громко, что его слышно было практически всему залу, - Ты бы не ввязывался в это дело. Шеф полиции Нильсон не попал в аварию, его убили. И сделала это шайка долбанного отморозка Корбетта, который меня сделал калекой на всю оставшуюся жизнь. Если у тебя нет этого, - Пола пиджака, которой можно было накрыть целую машину, слегка отодвинулась от одного движения руки Джека, и Миллер увидел ребристую рукоять пистолета «Пустынный орел». – То раздобудь, потому что банда Корбетта неизвестно, где себя проявит.
- Спасибо, Джек. А я хотел еще спросить про его девушку – Лизу. С ней-то всё в порядке? – Миллер знал, что с ней всё хорошо, но продолжить разговор стоило хотя бы для сбора местных слухов.
- Да, конечно. – Джек заулыбался от воспоминаний: девушка явно была ему симпатична - Она свалила из города сразу, как закончились разбирательства с Корбеттом. А этот ублюдок попал, куда ему и полагается – прямиком в ад.
- А что он такого сделал, что ему дорога в ад?
- Ну как? – Лицо громилы вытянулось и на нем появилось туповатое выражение фанатика. – Всех, кто самостоятельно уходит из жизни, Господь отправляет в ад. Там даже чистилище не требуется. Представь? Пря-ми-ком.
Заход Миллера на новый виток разговора получился не таким эффективным, как ему хотелось, и пришлось ретироваться, ссылаясь на дела и обещание позже заскочить и поболтать с Джеком. Возможно, Брюс Миллер его ещё и увидит, но уже тогда, когда будет вести дело не инкогнито, а совместно с полицией и подкреплением.