— Судьбы, благодарю вас за ваше благословение, — тихо прошептал я.
Одну за другой я погасил свечи в обратном порядке, в котором зажигал их: сначала золотую, затем чёрную и, наконец, красную. Тихо выдохнув, я разрушил соляной круг, завершая ритуал.
Гранат в моей ладони едва заметно пульсировал, испуская мягкое белое сияние из самой своей сердцевины.
Я мельком посмотрел налево и увидел, что кристалл Пандоры светится таким же светом. На её губах появилась маленькая довольная улыбка, прежде чем она подняла взгляд и наши глаза встретились.
Моё сердце сбилось с ритма.
— Все, кроме вон того парня, — голос Хантера разрушил этот момент, когда он указал на какого-то аристократа, задремавшего на последней парте, — сдали. Поздравляю. Вы официально закончили этот предмет. Оставьте себе кристалл как талисман на удачу для остальных выпускных экзаменов.
Улыбка Пандоры всё ещё оставалась на её лице, но я едва успел это осознать, как она уже повернулась к Дженни и начала с ней разговаривать.
И всё же моё сердце продолжало грохотать у меня в ушах.
— Она, блядь, невероятно красивая. И вся принадлежит нам, — пробормотал рядом со мной Скел с понимающей ухмылкой.
— Я так благодарен Судьбам за то, что они подарили нам её, — ответил я ему.
РИД
Выпускные экзамены почти закончились — оставался последний.
Я поёрзал на своём месте, чувствуя, как жёсткая деревянная скамья в лекционной аудитории упирается мне в спину, пока профессор Респа окидывала взглядом весь класс. Её ярко-жёлтые глаза сияли предвкушением.
— Сегодня заканчивается курс Сверхъестественная этика, — с воодушевлением объявила она. — На выпускном экзамене вы должны защитить свой подвид, как мы и обсуждали. Добро пожаловать на ваши учебные дебаты.
По аудитории прокатился гул — кто-то был взволнован, кто-то напряжён. Как бы то ни было, я знал, что всё закончится драмой, потому что на этом предмете споры всегда разгорались до предела.
— Каждый демонический вид будет отстаивать этическую необходимость своих способностей. Выберите лучшего оратора. Представьте свою общую позицию. Другие подвиды могут оспаривать ваши доводы, и мы будем спорить до тех пор, пока не будем удовлетворены всеми аргументами. И помните — сумейте убедить самих себя.
Класс разделился по своим подвидам, и у меня защемило сердце, когда Пандора осталась сидеть одна, пока остальные собирались в группы и обсуждали свои позиции.
Первым поднялся инкуб. Он провёл рукой по своим иссиня-чёрным волосам и самодовольно ухмыльнулся аудитории.
— Очарование и манипуляция — не грех, — заявил он. — Это инструменты выживания. Какой демон хоть раз не использовал немного влияния, чтобы добиться своего? Просто мы делаем это лучше.
— Значит, ты признаёшь, что прибегаешь к обману? — презрительно фыркнул друда с другого конца аудитории. — Это неэтично!
Дженни подалась вперёд.
— Это далеко не вся картина. Да, иногда наши способности могут зайти слишком далеко, но посмотрите на это с другой стороны. Женщина, застрявшая в абьюзивных отношениях, может воспользоваться силой суккуба, чтобы заставить своего мучителя отпустить её. Умирающий от голода сирота может очаровать кого-нибудь и получить еду. Разве мы должны отказаться от своей природы только потому, что кто-то использует её во зло?
Несколько демонов согласно кивнули.
Её аргумент был гораздо убедительнее, чем слова того инкуба.
Следующими выступали демоны хаоса во главе с худощавым демоном с озорным блеском в глазах.
— Нарушение привычного порядка общества способствует развитию, — заявил он. — Порядок ведёт к застою. Хаос заставляет приспосабливаться. Без хаоса демоны навсегда застряли бы в бесконечном круге самодовольства. В этом нет ничего неэтичного.
Один из демонов страха усмехнулся.
— Красивый способ сказать, что вам просто нравится нарушать правила.
— Если правила действительно стоило соблюдать, они бы не ломались так легко, — с ухмылкой парировал демон хаоса.
Затем настала очередь Пандоры — единственного Пожирателя душ во всей академии.
В аудитории воцарилась тишина, когда она поднялась.