— Буду, — пообещала я.
— Дайте ей немного побыть одной, — сказал им Скел.
— С ней всё будет хорошо, — согласился Рид.
— Я всё равно буду следить за тобой из теней, — тихо произнёс Декс.
Я вздохнула, открывая дверь в уборную.
— Делай как хочешь.
Оказавшись внутри, я сразу заметила, насколько красивые здесь туалетные комнаты. Белый кафельный пол, белые стены, фарфоровые раковины, хорошие зеркала и аккуратные кабинки.
Но, едва войдя, я увидела женщину с волнистыми зелёными волосами, которая, вцепившись в раковину, покачивалась из стороны в сторону. Перед ней на раковине стоял пузырёк из-под яда, и, судя по всему, он был пуст.
Паника стиснула мне горло, когда я поняла, что она, должно быть, выпила его. Я бросилась к ней и едва успела подхватить её, когда она начала заваливаться назад, закатив глаза.
— О Судьбы! С вами всё в порядке?
Она безумно захихикала, крепко ухватившись за мои руки, чтобы удержаться на ногах. Золотые глаза наконец перестали быть мутными, какими были, когда я только её увидела.
— В порядке ли я? Да я великолепно себя чувствую! Это был просто охуенный яд, который приготовили в лаборатории. Его полагается считать смертельным при проглатывании, и он действительно смертельный!
Я потрясённо приоткрыла губы, когда меня окутал её аромат полуночной орхидеи.
— Эм… может… мне кого-нибудь позвать?
— Нет-нет! — Она крепко обняла меня, а затем отстранилась и снова захихикала. — Ты же Пандора, да? Мы уже встречались! Я Руна, дочь Сабины.
— Так вот почему мне показалось, что я вас узнаю! — ахнула я, ещё раз внимательно осматривая её после того, как она только что сказала, что выпила смертельный яд. — Вы точно в порядке?
Она ухмыльнулась.
— Конечно! И вообще, ты просто надрала задницу культу тёмной магии и той древней ведьме-суке. Отличная работа! Мама мне всё рассказала. Она ещё упомянула, что у тебя пять Пар. Кстати, поздравляю с этим. — Она подмигнула.
— Спасибо. — Моё лицо вспыхнуло. — Я их очень люблю.
— О-о-о, — протянула она умилённо. — У меня есть парень, но никаких признаков Пары пока нет. Да и что такое любовь, я тоже ещё не знаю. Мои папы просто терпеть не могут моего парня. А брат вообще уже планирует его убийство, и, если честно, кажется, я даже понимаю почему. Наверное, мне стоит с ним расстаться. В последнее время он становится слишком контролирующим, и мне это совсем не нравится.
— Контроль — это никогда не хорошо, — тихо сказала я с мягкой улыбкой.
Они с Дженни определённо отлично поладили бы — обе с такой лёгкостью рассказывали о себе буквально всё.
— Согласна, подруга. — Она повернулась, схватила пустой пузырёк из-под яда, затем широко улыбнулась мне и направилась к выходу. — Ладно, пойду дальше испытывать новые яды прямо у пап и Папса под носом. Кстати, ты теперь настоящая легенда. Наслаждайся этим признанием вместе со своими Парами. Ты его заслужила.
На моих губах появилась улыбка, пока я смотрела, как она выходит из ванной, лишь слегка пошатываясь, и впервые с тех пор, как Небула обрёл покой, я почувствовала, что на сердце стало хоть немного легче.
ДЕКСТЕР
После встречи в туалете с дочерью Сабины связь стала немного легче. Сначала я почти был уверен, что моя бедовая наткнулась на василиска, покончившего с собой с помощью яда, и уже был готов броситься на помощь. Но, к счастью, всё оказалось совсем не так, и, как выяснилось, моя помощь вовсе не понадобилась. И всё же после смерти Небулы внутри моей Пары что-то изменилось. Она почти ничего об этом не говорила, но я чувствовал тяжесть, лежавшую на её плечах.
К сожалению, не она одна несла на себе такой груз.
У меня болезненно сжалось в груди, когда мои тени рассеялись вокруг Пандоры, Брэма, Скела, Рида, Хантера и меня самого.
Мы вышли на волнистые песчаные дюны посреди ебучего ничего — в то самое место, где я когда-то в одиночку простился с Селеной после её смерти. Шедоухартам было абсолютно похуй на то, чтобы достойно проводить её в последний путь. Им просто было лень. Они хотели бросить её тело в угол шкафа и сделать вид, будто её никогда не существовало. Но я не мог позволить, чтобы с ней так поступили. Не мог.
Именно в ту ночь я впервые воспользовался теневым перемещением. На следующее утро меня нашла мать. Наказание было жестоким, но оно того стоило — я смог достойно проститься с сестрой, чтобы её душа обрела покой.
Солнце опускалось за горизонт, окрашивая небо в огненно-красные и густые фиолетовые оттенки, но я видел лишь зернистый песок, который поглощал мои колени, когда я опустился на них.