— Мы сделали это! — почти завизжала она.
У меня вырвался смех.
— Да… сделали.
— О! Ты всё-таки надела это платье! — Она покрутила меня вокруг своей оси. — Господи, как же оно тебе идёт!
— Спасибо. — Моё лицо вспыхнуло, когда я посмотрела на её розовое платье с высоким разрезом на бедре и глубоким декольте, подчёркивавшим её грудь. — А ты выглядишь просто потрясающе.
— Правда ведь? — Папа стоял рядом с ней, и его обычно сдержанное выражение лица смягчилось, когда наши взгляды встретились. — Я горжусь тобой, Пандора, — сказал он, и в его голосе было гораздо больше, чем могли выразить сами слова. — Ты прошла такой длинный путь.
Тепло разлилось у меня в груди, и я кивнула.
— Спасибо, что отправил меня сюда.
Его глаза заблестели от слёз, и он молча кивнул в ответ.
Спустя несколько минут началась церемония. Верити стояла на сцене, гордо выпрямившись, и по очереди вызывала выпускников.
Первой пошла Дженни. Её неудержимый восторг буквально озарял весь зал, пока она принимала диплом, театрально махала всем рукой, а потом вприпрыжку сбежала со сцены прямо в объятия моего папы и Джоэла.
Затем один за другим дипломы получили мои Пары.
Брэм внешне выглядел спокойным, но через связь Пар я ощущала, как внутри него бушует восторг.
Декс улыбался так, словно весь мир принадлежал ему.
Скел шёл с такой самоуверенной походкой, будто ему было абсолютно всё равно, но прямо перед тем, как подняться на сцену, всё же крепко сжал мою руку.
А Рид, уже сходя со сцены, обернулся и ободряюще улыбнулся мне.
И наконец…
— Пандора Грейвсенд.
Всё вокруг словно исчезло, пока я шла через сцену.
Весь груз пережитого, всё, через что мне пришлось пройти, давил на мои кости. Не для того, чтобы сломать меня, а чтобы напомнить, что именно мне удалось преодолеть.
Я больше не была пленницей своего прошлого.
Я больше не была сломанной.
Я больше не была ничтожной.
Я сражалась с культом тёмной магии, и с собственным прошлым.
И я победила.
Когда Верити вложила диплом мне в руки, весь зал взорвался аплодисментами — настоящей симфонией любви, поддержки и триумфа.
Впервые за очень долгое время я почувствовала, что действительно заслужила этот момент.
Жаль только, что Небула не смог увидеть его вместе со мной.
ПАНДОРА
В тот самый момент, когда мы переступили порог огромных дверей особняка папы — моего дома, — воздух взорвался оглушительным хором голосов:
— Поздравляем!
Я резко остановилась, едва не подпрыгнув от неожиданности.
— Это ещё что?
Вестибюль был битком набит людьми — друзьями, семьёй и знакомыми лицами, собравшимися под сиянием сверкающих магических сфер.
Впереди всех стояла Дженни с самодовольной ухмылкой на лице, а по обе стороны от неё расположились папа и Джоэл, выглядевшие слишком уж довольными собой.
— С выпускным, девушка моей мечты, — прошептал Рид мне на ухо, обнимая меня за талию.
Декс наклонился с другой стороны, легко коснувшись губами моего виска.
— Ты правда думала, что можешь просто вернуться домой, бедовая, и никто не устроит ничего грандиозного в честь такого события?
Позади них стояли Брэм, Скел и Хантер. Каждый улыбался по-своему, пока гости один за другим подходили поздравить нас с окончанием Академии и пожелать всего самого лучшего.
В груди стало тесно. Меня переполняло тепло, лившееся через связь, и любовь, которой нас окружали друзья и семья.
— Это была её идея. — Джоэл ткнул пальцем в Дженни. — Только не злись на меня, спасительница моей жизни!
— Я совсем не злюсь! — поспешила заверить его я.
Она показала ему язык и захихикала.
— Да, это была моя идея. Но, по-моему, мы все заслужили этот праздник. Год выдался просто ужасным!
— Это правда, — согласился папа, мягко улыбаясь мне. — После всего, через что ты прошла, ты заслуживаешь настоящий праздник.
— Спасибо, — хрипло ответила я.
— Не меня благодари. — Папины щёки слегка покраснели. — Всё это придумала Дженни.
Рядом со мной внезапно напрягся Брэм, когда к нам подошли Слейтер и Мелинда.
Во всём зале сразу стало тихо.
Слейтер повернулся к Брэму. Его привычная беззаботная ухмылка исчезла, уступив место чему-то гораздо более мягкому и серьёзному.
— Я просто хотел сказать… — начал он, и в его голосе неожиданно прозвучала неуверенность. — Для меня ты всегда был семьёй. Но мы хотим официально дать тебе фамилию Хэвок… здесь, при всех свидетелях. Если ты, конечно, согласишься.