Когда они скрылись из виду, Мелинда подвела меня к стулу.
— Я столько слышала о тебе, — начала она. — И о Брэме. Он… ну, через многое прошёл. — Её голос смягчился, и в нём ясно звучало сочувствие. — Мы со Слейтером… просто хотим помочь ему почувствовать, что он принадлежит семье. Что у него есть семья. Я знаю, что Гарри был тем ещё экземпляром, но отец Гарри, дедушка Брэма, был хорошим человеком. Мне больно от того, что у Брэма проблемы с обоими родителями. Это несправедливо по отношению к нему.
У меня защемило в груди за мою Пару. — Я просто рада, что он дал Слейтеру шанс. И приятно видеть, что вы тоже заботитесь о нём.
— Конечно, забочусь, — тихо ответила она. — Признаюсь, я ненавижу и его мать, и его отца, но Брэм был невиновен во всём этом, и он брат Слейтера.
— Похоже, Слейтер действительно очень любит Брэма. — Моё сердце потеплело при мысли о том, как упорно брат добивался того, чтобы Брэм стал частью его жизни.
— Любит. — Она мягко улыбнулась, бросив взгляд в сторону шума, доносившегося с кухни. — Он всегда хотел брата. Когда я сказала ему, что у него он есть, Слейтер сразу же связался с ним и больше не сдавался.
— Я так рада, что он не сдался, — сказала я ей. — Вы воспитали хорошего сына.
— Мне только жаль, что я не участвовала в воспитании Брэма, — прошептала она, и её глаза наполнились грустью. — Ни один ребёнок не заслуживает такого родителя, как Гарри Хемлок. Я надеялась, что любовница Гарри будет заботиться об их сыне. Я правда так думала. Если бы я знала… возможно, я попыталась бы остаться рядом. Хотя бы для того, чтобы помочь Брэму вырасти лучше.
В глазах защипало от подступивших слёз, и я быстро заморгала, прогоняя их. — Думаю, Брэму было бы очень приятно услышать ваши слова. Ему пришлось нелегко.
— Пришлось, и… я знаю, что тебе тоже. — Она встретилась со мной взглядом, не отводя глаз. — Я хочу, чтобы и ты, и Брэм считали этот дом своим домом.
Я слегка расширила глаза от того, насколько доброй была Мелинда. Я ещё никогда не встречала такого милого демона хаоса.
Прежде чем я успела ответить, наш разговор прервался — остальные вернулись, неся блюда с едой, которая пахла просто восхитительно.
— Вам всем это понравится, — похвастался Слейтер. — Чарльз — лучший, мать его, шеф-повар на свете, да, мам?
— Да. — Мелинда кивнула и лукаво подмигнула Чарльзу. — Он лучший повар. Мы даже не представляем, что бы без него делали.
Чарльз прочистил горло и поправил воротник, пока его душа засияла от похвалы. — Спасибо, госпожа Хэвок.
— Чарльз, — с шутливым упрёком произнесла Мелинда. — Сколько раз мне ещё просить тебя называть меня Мелиндой?
— Я не могу, — хрипло прошептал он.
— Раньше мог, — тихо ответила она, и её лицо омрачила грусть. — Мы ведь были лучшими друзьями с детства, разве нет?
— Да. — Его взгляд был полон преданности. — Я решил жить ради вас так же, как мой отец жил ради вашей матери. В тот момент, когда мы достигли совершеннолетия, мне стало неприлично обращаться к вам по имени. Я слишком сильно вас уважаю.
— Если ты меня уважаешь, называй меня Мелиндой… — Её голос дрогнул. — Пожалуйста, Чарльз.
— Да, Чарльз, — тут же подхватил Слейтер. — Послушай, чего хочет мама. Ты же знаешь, что мы все считаем тебя семьёй.
Чарльз покраснел ещё сильнее, но слегка поклонился. — Из-за моей привязанности к нашему детству я боюсь, что если позволю себе называть вас Мелиндой, моё сердце может этого не выдержать.
Лицо Мелинды вытянулось от удивления, а затем она тихо рассмеялась. — Тогда позволь мне самой об этом беспокоиться. Хорошо?
Голубой взгляд Чарльза поднялся и встретился с её глазами, и он один раз кивнул. — Я был бы очень рад, Мелинда.
— Пожалуйста, садись. — Мелинда указала на стул рядом с собой.
Чарльз открыл рот, собираясь возразить, но она бросила на него выразительный взгляд, и он сел.
После этого ужин превратился в вихрь вкусов и поверхностных разговоров, но вскоре Слейтер отложил вилку и подался вперёд.
— Брэм, мы с мамой хотим кое-что у тебя спросить. Только не психуй, ладно?
— Что? — Брэм мгновенно напрягся, замерев с вилкой на полпути ко рту.
Я потянулась и положила руку ему на бедро в знак поддержки. Он так нервничал. Это ощущалось через нашу связь.
— Мы знаем, что ты порвал все связи с Хемлоками. Это было умное решение, но оно также делает тебя мишенью в Демонической столице. Мы хотим предложить тебе кое-что, хотя, честно говоря, не знаем, как ты на это отреагируешь. — Слейтер нервно потёр затылок и взглянул на мать.