От неожиданного комплимента мои щёки вспыхнули.
— Спасибо.
Я ненадолго замолчала, снова изучая её.
— Твоя душа, наверное, одна из самых необычных, какие мне когда-либо доводилось чувствовать. Ты мне тоже нравишься.
Улыбка Рун смягчилась, становясь более искренней.
— Оу, спасибо!
— В каком смысле необычная? — спросила Сабина, нахмурившись.
— В хорошем, — сразу заверила её я. — В ней будто всё разбросано в разные стороны, но при этом идеально организовано. Если это вообще имеет смысл.
— Хаотично организовано. Мне нравится. — Рун потянулась, поднимая руки над головой, а её выражение снова стало озорным. — Ладно, это было весело, но мне нужно испытать новый яд из Курсины, так что я пошла.
— Яд? — Джеспер заметно побледнел. Его карие глаза расширились от тревоги. — Нет, это не…
Сабина небрежно махнула рукой.
— С ней всё будет в порядке. В конце концов, это её особая способность.
— Особая способность? — Джеспер побледнел ещё сильнее, но спорить не стал.
Рун уже почти добралась до двери, когда крикнула через плечо:
— И не забудь поговорить с папой за меня!
А затем исчезла в коридоре, и дверь за ней закрылась с тихим щелчком.
Взгляд Джеспера ещё несколько секунд был прикован к месту, где она стояла, словно он всё ещё пытался осмыслить ураган по имени Рун Бладвайн.
Сабина вновь сосредоточилась на нашей группе.
— На следующие выходные назначена ещё одна миссия. Инфернал Гроув. Суббота, седьмое число. Будьте готовы, хорошо?
При упоминании этого названия Брэм вздрогнул. Через нашу связь прокатилась волна беспокойства — резкая и мгновенная.
Я перевела взгляд на него, слыша, как ускорился его пульс, и ощущая тревогу, осевшую глубоко в его костях.
Он тяжело сглотнул, но склонил голову в знак согласия — так же, как и все мы.
— Я подготовлю свою команду, — подтвердил Джеспер, а затем повернулся к нам. На его лице мелькнуло что-то трудноуловимое, но голос остался ровным. — Буду рад снова работать вместе с вами.
— Взаимно, — сказал Хантер, и его взгляд встретился с моим.
Медленный, обжигающий жар свернулся клубком в моей груди.
Пылающая жажда возмездия.
Мы собирались разрушить всё, что попытается сделать Сибил Шоу.
Мы станем её кармой.
ХАНТЕР
Сегодня вечером я увёл Пандору подальше от академии.
Мы прошли через мост на Одисейском Утёсе и продолжали идти, пока не нашли идеальное место для наблюдения за звёздами. Где-то вдали я слышал вой пустынных существ, но здесь мы были в безопасности. Животные пустыни знали, что демонов лучше не беспокоить.
— Это идеальное место, — сказал я ей, расстилая на песке плед, который принёс с собой, и жестом приглашая её сесть рядом со мной.
Ночная пустыня была бескрайним простором, залитым светом луны и звёзд. Песок был прохладным, а вокруг нас лежали тени. Небо представляло собой бесконечное полотно из звёзд, мерцающих словно рассыпанные бриллианты.
Лёгкий ветерок пробегал по дюнам, слегка сдвигая песок.
Она устроилась на пледе и придвинулась ближе ко мне.
— Мне здесь так нравится, Хантер, — прохрипела она. — Я никогда раньше не уходила так далеко.
От её восхищения окружающей природой моё сердце чуть не взорвалось.
— Я рад. Я хотел посмотреть за звёздами вместе с тобой.
— Они такие красивые, — пробормотала она, прислоняясь ко мне и вдыхая мой запах.
— Ты красивая.
Я откинулся назад на плед.
Она тоже легла на плед, устроившись так, чтобы наши головы лежали рядом, и мы оба смотрели на мерцающие звёзды над нами.
Я протянул руку, выводя пальцами воображаемые созвездия. Другой рукой я перебирал её длинные волосы.
— Видишь вон ту? — Я указал на особенно яркую звезду.
— Вижу.
— В моём мире это ты. Ты — моя Звёздочка, — сказал я ей. И мне было плевать, насколько это банально звучит.
Это было лучшее сравнение, которое я мог подобрать для того, кем она на самом деле была для меня.
Она подвинулась ближе, пока мы не оказались бок о бок, и прижалась ко мне. Серебристое сияние неба отражалось в её красных глазах, когда она посмотрела на меня.
— И кем это делает тебя?
Я на мгновение задумался, а затем тихо усмехнулся.
— Просто странником, которому повезло иметь возможность смотреть на тебя в самые тёмные дни своей жизни.
— Хантер, — хихикнула она, но волна любви, прокатившаяся по нашей связи, почти выбила из меня весь воздух.