Брэм напрягся рядом со мной. Тяжесть вернувшихся воспоминаний хлынула через нашу связь. Отец, который годами издевался над ним, оказался тем самым серийным убийцей, за которым Демонический совет охотился десятилетиями. Неудивительно, что поначалу Брэм видел во мне угрозу только потому, что я была дворянкой. Его приучили мыслить именно так.
Я потянулась к его руке под столом.
Роуэн заговорил первым:
— Мы уже отправили за ним агентов. Мы задержим его прежде, чем он успеет исчезнуть.
— Спасибо.
Папа кивнул ему.
— Есть причина, по которой мы до сих пор его не поймали. Передайте агентам, чтобы были предельно внимательны.
Пальцы Брэма сильнее сжали мои. Он ничего не сказал, но я чувствовала его боль через нашу связь.
— Так и сделаем, — ответил Роуэн. — Всё, что касается наших агентов и их миссий, находится в ведении Сабины, но как глава Совета я должен принимать больше участия, учитывая серьёзность этой угрозы. Приношу извинения за то, что не участвую в этих миссиях так активно, как хотел бы. Однако сейчас моё внимание требует стая дрейков, вышедшая из укрытий в Блезене.
— Мы понимаем.
Папа постучал пальцами по столу.
— Сабина очень нам помогла.
— И я намерена продолжать это делать. Следующее место, которое нужно саботировать, находится в Сэндстоун-Спрингс, — сообщила нам Сабина, просматривая заметки на планшете перед собой. — Согласно нашим данным, культ ускорил сроки. Ритуал должен состояться через два дня. Это означает, что вам придётся провести операцию уже завтра.
По комнате прокатилась волна тревоги.
Завтра?
Сабина сложила руки перед собой на столе.
— Это место отличается от остальных. Культ одержим им уже много лет. Они считают его ключевым для своего продвижения вперёд — гораздо более важным, чем все остальные точки. Именно поэтому они перенесли дату ритуала. Вас будет сопровождать больше агентов, поскольку мы ожидаем более жёсткое сопротивление с их стороны. Теперь они будут ждать нашего появления. Уверена, они уже знают о существовании шпиона, но, похоже, до сих пор не понимают, кто именно из культистов работает против них. И это играет нам на руку.
Папа с глухим стуком положил на стол артефакт для поглощения тёмной магии.
— Я не позволю, чтобы моя дочь была единственным сосудом для тёмной магии на этом месте, — твёрдо заявил он. — Этот реликт разделит нагрузку. Я хочу облегчить её бремя. Уничтожать тёмную магию для неё нелегко.
— Я возьму реликт и прослежу, чтобы всё не свалилось исключительно на вашу дочь, — предложил Джеспер, взглянув на Сабину, и та согласно кивнула.
— Проследите за тем, чтобы ей не пришлось справляться со всем одной.
Папа подтолкнул артефакт к нему, а затем перевёл взгляд на меня.
— Ты не обязана участвовать в этой миссии, Пандора.
Среди остальных членов Совета повисла тишина, пока они переводили взгляды с меня на папу и обратно. От одной мысли о том, чтобы остаться в стороне и позволить сверхъестественным агентам сражаться в битве, которая предназначалась мне, мой желудок скрутило.
Я встретила взгляд папы с чистой решимостью. Магия мести вспыхнула в моих венах.
— Я хочу пойти.
Папа вздохнул.
— Я так и думал. Но всё равно хотел дать тебе возможность отказаться.
Роуэн кивнул, и его обычно суровое выражение лица немного смягчилось.
— Спасибо за всё, что ты сделала, помогая агентам в этом деле, Грейвсенд.
Я сглотнула ком в горле.
— В этом моё предназначение. Судьбы наделили меня этой силой не просто так. Это должно быть именно ради этого.
Рука Хантера легла мне на бедро, а Брэм ещё крепче сжал мою ладонь.
— Раз уж речь зашла о Судьбах… — Роуэн сменил тему, взглянув в дальний конец комнаты. — Есть человек, который должен поговорить с тобой.
— Кто?
Я подняла взгляд как раз в тот момент, когда двери открылись.
— Блэр. Это провидица, которой Сверхъестественный совет всегда доверял свои тайны, — объяснил он, пока в зал входила фигура в чёрном, как полночь, плаще.
Каблуки её туфель цокали по мрамору, пока она приближалась, и её присутствие было подавляющим. Я почти не ощущала её душу. Она была там, но в ней почти не осталось эмоций или желаний. Невероятная тяжесть её магической сущности настолько давила на душу, что для чего-либо другого в ней почти не оставалось места.
— Пандора Грейвсенд, ты играешь ключевую роль в предотвращении того, чтобы чума тёмной магии поглотила всех демонов, — спокойно произнесла она, не сводя с меня своих сияющих белых глаз. — Если демоны будут потеряны для тёмной магии, вскоре всей Калистой будет править Завеса.