— Айронвуд спит со многими аристократами. Он спал с Найтвиндом и всей его компанией друзей… — Фестер прочистил горло, и мои брови удивлённо взлетели вверх. — Если это хоть что-то значит, я жалею, что вообще был связан с Тёмной Завесой. Я никогда не хотел никому навредить.
В комнате повисла тишина.
Брэм и Скел одновременно повернулись к нему, и на их лицах отразилось одинаковое выражение абсолютного раздражения.
— Не время, Фестер, — рявкнул Декс. — Мы тут вообще-то убийство планируем, ясно?
Фестер тяжело сглотнул.
— Точно. Не время.
Я выдохнула и потёрла виски.
— Все успокойтесь. Мы разберёмся с этим, но я бы предпочла, чтобы Хантер не вляпался в неприятности из-за убийства преподавателя.
— Да кому не похуй? Просто скажем, что он пропал без вести, — предложил Декс.
— Он настоящая угроза, — процедил Брэм.
— Верно. И кому вообще будет не похуй, если он сдохнет? — спросил Скел.
Небула, молчавший до этого момента, подал голос из моей сумки.
— Пандора права. Вам нужно думать, а не реагировать. У нас есть проблемы посерьёзнее какого-то похотливого преподавателя. Хантер уже подаёт на него жалобу. Давайте сосредоточимся на настоящей угрозе.
Челюсть Хантера всё ещё была напряжена, но он резко кивнул.
— Небула прав. Но на этом всё не закончится. Даже близко. Просто подождите, пока он попадётся мне в руки.
— Пусть Рид передаст ему послание. — Брэм ухмыльнулся, поднимая взгляд от планшета. — Я только что рассказал ему, что произошло, и он сказал, что сегодня ночью навестит Айронвуда. Посмотрим, что из этого выйдет. Я ещё и рассказал ему о страхе Айронвуда.
Я нахмурилась и достала планшет, чтобы прочитать сообщения.
РИД НИКС
С Пандорой всё в порядке? Я почувствовал через связь отвращение и раздражение. Похоже, с ней всё хорошо, но просто интересно, что случилось.
БРЭМ ХЕМЛОК
С ней всё нормально. Айронвуд начал её лапать, пока пытался «поправить стойку» на церемониальной магии. Скел выяснил, что он боится преподавать классу горячих студентов Академии Реформирования голым и с вялым членом, так что если хочешь подарить ему кошмар и передать сообщение держаться нахуй подальше от нашей Пары, думаю, тебе стоит это сделать.
РИД НИКС
Уже занимаюсь.
Я улыбнулась, читая их переписку в нашем групповом чате.
— Я люблю вас, ребята.
— Мы тоже тебя любим, — ответили все четверо одновременно.
Через связь я ощущала защитнические чувства Рида.
У нас и без того хватало проблем с культом, но мне нравилось, что они хотели устранить любую опасность рядом с нами, даже несмотря на то, насколько были перегружены всем происходящим на нашей территории.
— Мне уйти? — Фестер поднялся на ноги и неловко указал на дверь.
— Да, ты свободен, — сказал ему Хантер, и прежде чем Фестер закрыл за собой дверь, я уже оказалась в кольце объятий всех своих демонов.
РИД
Я проскользнул в сон профессора Айронвуда легче, чем ожидал, почти как чернила, растекающиеся по воде. Моя магия пропитала каждый уголок его подсознания.
Ещё несколько месяцев назад я так боялся этого — ходить по снам, перекраивать их по своей воле, превращать шёпот страхов из его подсознания в живые кошмары. Теперь мне это, похоже, даже нравилось, но слишком сильно играть с его сном я не мог.
Сегодня ночью у меня было сообщение, которое нужно было передать.
Сопоставив всё в его подсознании, я убедился, что Скел оказался прав насчёт его глубоко укоренившегося страха. Он преследовал его ещё с первого года преподавания.
Этот мужик был отвратительным абьюзером. Даже если студенты Академии Реформирования были совершеннолетними, он всё равно оставался их преподавателем, а раньше использовал оценки как способ заставлять студентов спать с ним.
Принуждение — это не согласие.
Нам правда стоило просто убить его и покончить с этим. Сейчас было не время давать кому-либо презумпцию невиновности — не тогда, когда культ тёмной магии охотился за нашими жизнями.
Отвращение поднялось к горлу, пока я создавал сцену вокруг Айронвуда, позволяя его прежнему сну о получении награды за преподавание рассыпаться и исчезнуть. Вокруг него возникла лекционная аудитория, и каждое место было занято нетерпеливыми красивыми студентами. Их глаза сияли восхищением, губы были приоткрыты в ожидании, пока они слушали его речь. Все подались вперёд, играя ручками и блокнотами, двигаясь в креслах с откровенно соблазнительным видом.