– Давайте так. Завтра я встречу Константина Георгиевича и поселю его у себя. А с вами встретимся у морга. Вот адрес.
– Так он что, не будет на опознании? – удивилась Лаура.
– А он выдержит после дороги опознание? Он сможет перенести такой стресс?
– Ладно, договорились, – Андрей подошёл к жене, которая хотела что-то возразить Марте.
– Товарищ капитан, – Марта не дала ей высказаться и обратилась к Тане, – давайте так. Все процессуальные меры следственными органами были соблюдены, кстати, была произведена опись всего находящегося в квартире имущества. Поэтому, – она обратилась к Лауре, – вам придётся дождаться окончания следствия и только по истечении определённого законом срока оформить имущество на себя. А сейчас я под свою ответственность разрешаю вам остаться. Но после опознания Марка вы покидаете эту квартиру, и она будет опять опечатана. Сумки вам придётся оставить здесь до окончания следствия.
Лаура с раздражением вышла из комнаты.
– Извините, но её невозможно переубедить, – смущённый Андрей попрощался и проводил Марту и Таню до входной двери, – надеюсь, этот инцидент не повредит моей службе?
– Андрей, я надеюсь, вы поступите как здравый человек.
– Конечно. Да вот, она сложила кое-что. Не знаю, зачем ей это, – кивнул он на коробку, стоявшую у дивана. Я прослежу, чтобы она всё оставила здесь. А вы ещё не нашли убийцу?
– Нет. А жену предупредите, объясните ей о последствиях такого нетерпения разбогатеть, – усмехнулась Марта.
– Марта Леонидовна, ну и повезло вам! Вот родственнички. Я думала, что так и не поинтересуются ходом следствия. Как бы вы жили с ними? – всё удивлялась Татьяна, когда покрасневший от смущения Андрей закрыл за собой дверь.
– Я бы жила не с ними, а с Марком. Надо бы ещё везде посмотреть в квартире Марк должен был копировать все свои наброски, черновики, интервью. Неужели был похищен весь его архив?
– Всё, пошли за вещами и в больницу, а то совсем поздно будет, – сказала Марта, позвонив в дверь к соседке.
– Ольга Степановна, а вы ничего больше не вспомнили? Вы же часто собирались с Марком, может, он что-то говорил, рассказывал, делился своими планами?
– Да нет, Марточка, ничего такого я не помню. Всегда внимательно слушал, спрашивал, переспрашивал, как мы пережили этот кошмар в блокаду. Вы езжайте, я переживаю за Ивана Захаровича. Вот дачные витаминчики ему.
***
В больнице Иван Захарович Друбич встретил их, лежа в постели в очень ослабленном состоянии, с капельницей в руке. Поблагодарив Марту за посещение и гостинцы, он слабым голосом поинтересовался у неё, как идёт расследование убийства Марка?
– Нет, убийцу ещё не нашли Иван Захарович.
Марта взяла сухую холодную ладонь больного и лёгким поглаживанием старалась успокоить его.
– Иван Захарович, так зачем Марк летал в Минск? Неужели он с вами не поделился?
– Это я, старый дурак, поделился, понимаешь, – Иван Захарович стал задыхаться, –
Марта почувствовала, как он разволновался.
– Иван Захарович, успокойтесь. Всё, не надо вспоминать. Потом расскажите.
Но он, из последних сил глотая воздух, пытался что-то сказать Марте.
– Врача! Врача! – закричала Таня.
Марта почувствовала, как Иван Захарович освобождает свою ладонь от её руки.
Она отпустила его, и ей показалось, что он, приподняв свою ладонь, специально шевелил мизинцем.
– Мизинец? – спросила она.
– Шести…– еле успел проговорить он, пока ему не надели кислородную маску.
– Покиньте палату, – потребовала медсестра, которая с врачом засуетилась вокруг больного, – вы, что не видите, он без сознания!
В автомобиле Марта еле пришла в себя. Воспоминания и её сердце заставили учащённо биться.
– Хоть бы всё обошлось, – сказала она Татьяне, – интересно, что он хотел нам рассказать? Я подвезу тебя и из дома позвоню в больницу, узнаю, как он.
Всю дорогу они с Татьяной гадали, что мог означать жест Ивана Захаровича. А когда Марта добралась до своего дома и позвонила в больницу, ей сообщили, что он опять в коме.
– Никаких прогнозов я дать не могу, – сказал ей врач, – положение серьёзное, сердце может не выдержать, очень слабое. Да и возраст. Звоните.
***
Вся группа собралась в кабинете Марты.
– Александр Григорьевич, что у вас по копателям?
– Глухо. Никто, ничего и никогда.
– Понятно. А по конкурентам обоих Логиновых?
– По этому направлению тоже ничего такого серьёзного. Нет, у них там свои разборки имеются, но чтобы их подковырнуть, есть много других вариантов в пределах их деловых и финансовых интересов.
– Тим, поквартирник дал результат?
– Значит так. В этом доме Прошкина купила квартиру в начале двухсотых годов. Никаких жалоб на неё не поступало. Все говорят, что она работящая, одно время работала в соцслужбе, а потом стала работать у каких-то богачей. Ну, понятно, у каких в семействе Логиновых. Да ещё соседки сказали, что она иногда помогает пожилым людям в частном порядке.