– Тим, что за выражения? – прервала его Марта.
– А я вам что говорил? – воскликнул Коршунов.
– Вы, товарищ майор, как всегда правы, – продолжил рассказ Тим.
***
Замуж Зинаида так и не вышла. Фазиля она любила давно. Жили они по соседству, вместе учились в школе, поэтому вся его жизнь проходила у неё на глазах. Правда, через плотно зашторенное окно её квартиры, через щелку которого хорошо просматривался двор его родителей. Вскоре после окончания юношей Строительного техникума, а Зины медицинского училища, она ждала от Фазиля предложения выйти за него замуж. Но после разговора с ним Зина чуть не покончила с собой. Хотя в глубине души она понимала, что никогда не станет его женой. Но в ней теплилась романтическая надежда, что их любовь победит, и они докажут, что ради любви можно пойти против слова отца. Но Фазиль, с заблестевшими толи от слёз, толи от солнечной искры, пронзившей его чёрные глаза, приобнял Зину и успокаивающе сказал:
– Прости, любимая. Ты должна понять, что наши традиции и слово отца – это закон для сына. Они встречались тайно. И до свадьбы, и после. Также тайно Зина сделала аборт, даже не сказав об этом Фазилю, который, узнав, что она больше не сможет иметь детей, и плакал, и кричал на неё. Но жизнь шла своим ходом. Они продолжали тайно встречаться. Скорее им хотелось так думать, что они встречаются тайно. Но об их любви знала вся округа. Столичная окраина, что большой кишлак. Здесь каждый знает о другом, иногда даже больше, чем он сам. А о давней любви Зинаиды и Фазиля знали все соседи.
Перед свадьбой сына к матери Зины зашёл отец Фазиля. Зина тихо сидела в своей комнате и слушала, как он, как бы извиняясь, объяснял ей, почему они не могут породниться.
– Дорогая Нина! Опа, сестра, ты пойми, я не могу нарушить наши традиции. Всё решено давно. У тебя хорошая дочь, ещё найдёт себе парня и хорошего мужа. И тебя, опа, мы все уважаем. Но так будет хорошо и для вас, и для нас.
Но лучше не стало. Конец восьмидесятых годов был смутным, тревожным и даже опасным для жизни многих людей. Тяжёлая болезнь матери совсем выбила Зину из равновесия, и если бы не Фазиль, она не знала, как и на что она похоронила бы её.
Девяносто второй год перевернул и сознание, и жизнь людей к верху ногами. Чтобы как-то выжить и прокормить свои семьи, многие ринулись в Россию на заработки. Собрался в Москву и Фазиль. Зинаиду уговаривать не пришлось. Она была готова куда угодно последовать за любимым, где они смогли бы жить, с ним открыто и ни от кого не прятаться. Тем более после смерти матери, её в Ташкенте, кроме Фазиля, ничего не держало. Но и в Москве счастье долгим не получилось. Сначала, по прибытии в столицу, Зина устроилась работать в больницу одного из спальных районов города санитаркой, а Фазиль работал на стройке какого-то коттеджного посёлка в Подмосковье.
Потом так и стал кочевать от одной стройки в другую. Жили они, где придётся, в основном скитались по углам в стихийных палаточных городках, которых в то время в Москве было множество. Сначала трудолюбивого и знающего в строительстве толк парня охотно брали в бригады, но когда он прослыл «борцом за справедливую оплату труда» слух быстро разлетелся среди знающих людей, и его стали неохотно нанимать на работу «скупщики живой силы».
Однажды Фазиль не вернулся со стройки. Зная характер любимого, видя перешёптывания его земляков на своём языке, который Зина понимала, вскоре ей стало понятно, что он уже не вернётся никогда. Фазиля убили. С молчаливого согласия земляков, и без того живущих со своими жёнами и детьми в ужасной антисанитарии и тесноте, Зина покинула угол в лачуге, который им выделили, и несколько дней оставалась ночевать под любыми предлогами в больнице.
Заметив её мучения, одна из сердобольных санитарок предложила ей угол в своей квартире за то, что Зина будет работать вместо неё, но деньги за работу отдавать ей. Так Зина и стала работать за двоих, получая мизерную зарплату, которую ещё не всегда можно было получить. Как-то убирая в палате одного лежачего больного, которого съедал рак ещё не старого человека, к ней обратилась его дочь.
– Мне жаль отца. Здесь невыносимые условия. Я хочу забрать папу домой, но он живёт один в своей однокомнатной квартире. Не могли бы вы помочь и нам, и себе? Чего вы удивляетесь? Вы увольняетесь с работы, переезжаете в квартиру отца и смотрите за ним круглосуточно. Вы же видите, что ему мало осталось жить. Но я хочу, чтобы ушёл он в чистом белье и с улыбкой на лице, в собственной кровати. Лекарства и питание мы с мужем обеспечим. Только денег за вашу работу у нас нет. Но после кончины отца вам останется его квартира. Мы перепишем её на вас.