Берта боялась возвращения к прошлой жизни. Вспоминать свою молодость ей не хотелось, потому что всё хорошее, что в ней было, покрывалось такой, казалось, серой густой массой жизненной грязи, что и вспоминать было и противно, и больно.
Её родители после тяжело давшегося им переезда из Казахстана вскоре умерли.
А свекровь, всегда прилюдно нахваливая свою молодую сноху, наедине старалась одним своим словом убить, уничтожить, принизить при сыне.
Почему нет инъекций от укусов подлости? Умение защищать себя и своё достоинство приходит с возрастом. А кому-то и не приходит.
Иногда Берте было стыдно за своё отношение к дочери. Она любила Ирму. Но иногда, зная, что дочь могла с возрастом всё вспомнить и понять то, что тщательно и столько лет скрывала она, у неё возникала к ней непонятное чувство. Ненавидеть всё же она её не могла. И она убеждала себя в этом. Но то, что она выплескивала в порыве этого чувства на дочь, посторонние могли расценить, мягко говоря, за нелюбовь матери к дочери. О таких людях, как Ирма, некоторые говорят, что девушка немного с «приветом».
И Берта знала, откуда у неё появился этот «привет». Не секрет: если часто человеку говорить, что он неполноценен, то он в это поверит и добавит к своим комплексам ещё и комплекс неполноценности. Знала она и то, что от Ирмы можно ожидать всего. Поэтому старалась ограждать дочь от нежелательных встреч с незнакомыми людьми. И, как говорится, водила её на поводке.
Владимира такое отношение тёщи к его жене устраивало. Он догадывался, что тёща знает о каждом его шаге, знает, что он погуливает от законной жены. Но он был убеждён, что за его репутацию порядочного человека и семьянина тёща горой встанет. Она его оправдает не только перед женой, но и найдёт каждому достойный ответ на любой вопрос, касающейся его карьеры.
А Берта жалела себя, постоянно сетуя на то, почему ей не встретился такой мужчина, как Влад. Но решила для себя: раз дочь, благодаря её усилиям попала в этот рай, то она сделает всё, чтобы остаться здесь навсегда. И Берта добилась, чтобы свою старость встретить не обыкновенной пенсионеркой, а достаточно зажиточной женщиной.
Перед встречей с Бертой Марта ещё раз просмотрела документы, присланные из Саратова.
– Смерть матери Василия Угарова как две капли воды похожа на его смерть. Теперь нельзя выдать её смерть за несчастный случай. Подражатель или убийца матери Василия есть и его убийца?
Дверь кабинета приоткрылась, и вошла Берта. Марта заметила, что она старается скрыть усталость, растерянность. Она опускала глаза, боясь показать свой страх перед неизвестностью.
– Объясните, что вам надо от моей дочери? Вы же видите, что она не совсем здорова, – раздражённо спросила она Марту.
– А в чём выражается болезнь вашей дочери? – спокойно остудила её пыл Марта, – а впрочем, вам не следует переживать, её опрос просто формальность.
Марта видела следы душевной усталости на лице Берты. Заметила её поникшую осанку. Обратила внимание на то, что её взгляд бегал по кабинету, лишь бы не смотреть ей в глаза. Предложив Берте горячий чай и поговорив с ней на отвлечённые темы, тем самым дав ей остыть, немного успокоиться, сама не ожидая от себя такой поспешности, Марта решила сыграть ва-банк.
– Берта Альбертовна, зачем вы убили своего мужа?
Берта рассчитывала на какое-то вступление в разговоре и никак не ожидала услышать прямого обвинения. Марта поняла, что попала в точку. Лицо Берты изменилось. Оно приобрело серый цвет, словно художник, рисовавший её портрет, решил смыть все краски, оставив на полотне только серые тона. Губы превратились в две серые полоски. Чашка с чаем, которую она держала в одной руке, застучала по блюдцу, которое она придерживала другой рукой.
– Да как вы смеете, – еле проговорила она сдавленным спазмами голосом.
– Берта Альбертовна, успокойтесь. Может, вам успокоительных капель дать?
– Не надо мне никаких лекарств, – нервно поставив чашку на стол, ответила она. Берта ещё хотела что-то сказать Марте, но она прервала её.
– Скажите, ваша свекровь тоже была убита. Вам не кажется, что смерть матери и сына очень похожи? И вы, и все члены семьи знали об этом, – опять не дав проронить Берте ни слова, Марта продолжила, – так кто убил вашу свекровь? Ваш свёкор? Или Вы?
– Вы хотите сказать, что я всё спланировала? Убила и свекровь и мужа с Зиной? Может, и смерть журналиста повесите на меня? – возмущённо проронила она. И вдруг глаза её забегали, руки ещё больше затряслись мелкой дрожью.
– Я так думаю, что свекровь вы убили спонтанно, а вот убийство мужа планировали давно, но ждали подходящего случая. Правильно я понимаю? Так зачем вы убили свекровь? Зачем мужа лишили жизни?