–В ракушке, – усмехнулась я.
–Да, я умом блистать не привыкла. Ну, ты меня понимаешь.
–Думаю, да. Спасибо, Джулия, я прислушаюсь к твоим советам, обещаю.
–Ну, все, готово. Ты сегодня убьешь всех наповал своим внешним видом! Просто супер!
–Не могу не согласиться!
Дэвид, как обычно, сидел за дальним столиком. Странно, но я была рада видеть его. И это становилось какой-то дурацкой неизбежностью.
–Эй, Майлз, тебе не кажется, что рояль немного фальшивит? Наверное, нужно настроить.
–Да, есть такой момент. Сделаем! Ладно, до завтра, Джейн.
–Да, спокойной ночи.
–Раздаешь указания? – усмехнулся Дэвид.
–А, это ты. Да нет, знаешь, командовать людьми не моя тема. Из меня бы вышел никудышный управляющий.
–Я думаю, ты себя недооцениваешь.
–Знаешь, я люблю думать, но не люблю думать за других, так что…
–Устала?
–Не сказала бы. А почему ты спрашиваешь?
–Если ты не устала, значит, ты грустишь.
–Знаешь, это мое обычное состояние, – опустив глаза, сказала я.
–Джейн! Подойди на минутку! Нужно обсудить кое-что, – крикнул Джексон.
–Да, сейчас! Извини, Дэвид.
–Ничего, я подожду.
–Уже поздно, езжай домой.
–Это вежливость или ты действительно хочешь, чтобы я ушел?
–Я буду через десять минут, – улыбнулась я.
–Я жду.
–Ты звал?
–Да, Джейн, у меня для тебя хорошая новость! Теперь у тебя будет напарница!
–В каком смысле?
–Вы будете работать через день.
–Оу, хорошо.
–Я не понимаю, ты не рада?
–Нет, все нормально.
–Ну, тогда ладно. Ванесса придет завтра, сможете познакомиться. А мне пора, до завтра.
–Да, увидимся.
Ванесса. Какая к черту Ванесса?! Я же лев! Я не могу допустить сравнений с кем-то! Я всегда должна быть лучшей, да по-другому не бывает! да, это странно, эгоистично и ненормально, но это факт.
–Все, я готова.
–Что-то не так?
–Нет, все нормально.
–Точно?
–Пойдем, расскажу в машине.
Мне всегда казалось, что Нью-Йорк не умеет спать. Что в нем спим только мы с бабушкой, а остальные торчат в клубах, пьют текилу, курят марихуану, танцуют и веселятся! А утром просыпаются в чужих постелях, с совершенно незнакомыми людьми. Тихо встают, собирают свои вещи и уходят. В новый день. Когда спать?! Столько дел.
–Так в чем дело?
–Ты сейчас будешь смеяться, но мне не до смеха. Джексон нанял еще одну певицу. Мы с ней будем работать через день.
–Так разве это плохо?
–А что хорошего? Я не позволю кому-то сравнивать меня с другой, а сравнений не избежать!
–Гордость? – улыбнулся он.
–Скорее, самомнение высотой с Эверест. Да, я знаю, что это неправильно. Но что поделать, это у меня откуда-то взялось в крови, и не вымыть оттуда водой.
–Я уверен, она с тобой не сравнится.
–Ты меня успокаиваешь, а напрасно! Я глупая маленькая девочка, а что, если этой Ванессе очень нужна эта работа? Вдруг, она самый лучший в мире человек!
–Вот и увидим! Не переживай заранее.
–Ну да, я люблю так делать, – закатив глаза, сказала я.
–Но ты ведь не только из-за этого грустишь, не так ли?
–Поверь, это не то, что ты хотел бы услышать. Это не проблемы в школе или что-то подобное.
–Я понимаю. Ты можешь рассказать.
–Я тебя предупреждала.
–Джейн, если это что-то, что не дает тебе покоя – просто выскажи!
–Окей. Вот уже несколько дней меня мучает бессонница. Сон, который я считала своим спасителем, покинул меня. Ночь – это страшное время. Я не могу заткнуть свою голову, она не молчит, не может замолчать! И я думаю, думаю, до головных болей. Я всегда стараюсь что-то исправить, но в итоге все равно срываюсь. Я не хочу никого винить, но в итоге у меня просто не остается сил сдерживать себя, и я снова срываюсь. Я загнала себя в тупик и единственное, что я чувствую – постоянная грусть. Я не могу это изменить, как ни стараюсь. Самое странное, что я не могу ее определить, не понимаю причины. Да! Причины нет! возможно, это липофрения, но я в нее не верила, как я могла заболеть ею?! Я включаю Адажио Барбера и выпускаю пар солеными слезами. И хоть убей меня, я не знаю причины. Потому, что в этот момент я не думаю о чем-то конкретном, я не думаю о своих ошибках, потерях, не думаю о любви, которой со мной больше нет, я не вспоминаю самые страшные дни своей жизни, я не думаю о конце света и смерти, не думаю о том, что завтра все начнется сначала, хотя…, – я посмотрела на часы и продолжила, – завтра наступило уже три часа и девятнадцать минут назад. Мне нужно спать. Голова. Моя голова. Она не выдерживает.
Я уставилась в пол. Честно, я и половины не понимала из того, что говорю. Эта каша в моей голове варилась сама по себе, лишь язык мой как-то с ней контактировал.