Я оделась и вышла на улицу. Было довольно оживленно, как и всегда. Я шла, медленно перебирая ногами. Летала где-то в своих собственных облаках, улыбалась временами.
–Джейн?
Я резко подняла голову и увидела счастливую физиономию Энди. Дурацкие встречи происходят ежеминутно, к моему глубочайшему сожалению.
–А, привет, – разочарованно произнесла я.
–Гуляешь?
–Похоже на то.
–Могу составить кампанию?
–Если честно…
–Мы же были вместе всю сознательную жизнь! Есть что повспоминать, – перебил Энди.
–Да неужели, – совершенно спокойно сказала я.
–Ты все еще обижаешься на меня?
–Нет, это было давно и неправда.
Мы прошли несколько кварталов, он спрашивал меня, я односложно отвечала. Но потом настроение у меня более или менее уровнялось, и я согласилась на ужин в маленьком ресторанчике. Было уже поздно, я позвонила бабушке и сказала, что немного задержусь.
–Я смотрю, ты задержался здесь дольше, чем планировал? – спросила я, доев свой десерт.
–Да, дядя нашел мне работу, в Сиэтл возвращаться пока не очень-то хочется. А ты как долго планируешь оставаться здесь?
–Оу, я пока вообще не планирую. Не хочу больше планов, меньше планов – больше реальных действий. Лучше все делать внезапно, – улыбнулась я.
–У тебя… есть кто-нибудь здесь? я имею в виду парня, – вдруг спросил он.
–Да… думаю, да.
–Думаешь или да?
–Зачем ты спрашиваешь?
–Просто интересно.
–Да. Есть.
–И кто он? Студент или работает уже?
–М-м-м, не студент, – немного смутившись, ответила я.
–И давно вы вместе?
–Чуть больше месяца.
–Я видел тебя с ним на фотографии в какой-то газете.
–Круто. Тогда к чему были все эти вопросы.
В ресторане осталось совсем мало посетителей. Играла приятная ненавязчивая музыка. Энди смотрел на меня как-то странно.
–Что? – спросила я.
–Ты любишь его?
–Почему ты спрашиваешь?
–Он богач. Но ты, вроде, всегда была принципиальна в вопросах чувств. Спишь с ним?
Меня передернуло от его нахальства и наглости.
–Ты не тот человек, с которым я бы хотела обсуждать это, прости.
–Почему? Потому что любила меня?
–О, брось. Мы были детьми, это не было любовью. Детские шалости, не больше.
–Но ты же скучала по мне!
–Скучают люди не только по тому, кого когда-то любили. Да и вообще, я не хочу об этом говорить.
–Нет, Джейн, мы должны поговорить об этом. Потому что я не забыл! Мне больно, оттого, что я был так глуп и оттого, что бросил тебя тогда. Я бы очень хотел все изменить. Ты ведь тоже хочешь этого. Я знаю! – взяв мою руку, говорил он.
–Нет, Энди, поверь, это в прошлом, это ушло, прошло, как синяк.
–Да зачем ты врешь себе!
–Я не вру себе, Энди! Если бы я любила тебя сейчас, разве я вела бы себя так? Разве бы я говорила тебе подобные вещи, если б чувствовала что-то подобное?
–Но ты же любишь меня, я знаю! И я люблю тебя, Джейн!
–Ты ничего не знаешь обо мне. И о любви. Я изменилась. Многое в моей жизни изменилось. Я просто перешагнула через тебя и пошла дальше. И это произошло не месяц назад, это случилось давно. Очень давно. И я могу сказать тебе только одно: если люди любят – они любят от начала и до конца, а не с перерывами в несколько лет. Это не временное ощущение, это не простуда, это не проходит. Люди умирают от неразделенной любви, Энди, а ты не умер. И не умрешь. Ты не страдал ни дня из-за меня. Я не заставляла тебя страдать. А сейчас, прости. Я лучше пойду домой. Прощай.
Я встала из-за стола, он схватил меня за руку.
–Тогда ты должна знать, что именно ты виновата в смерти своей матери и этого ублюдка. Если бы не ты и не твоя тупость, они были бы живы сейчас. Если бы ты не появилась в его жизни – он был бы счастлив, завел бы семью, детей. Если б ты не выбрала его – твоя мать тоже была бы жива. А ты выбрала его. Ты! Ты не видела моих попыток вернуть тебя. Ты не замечала меня с того момента, как начала встречаться с ним. А я все время был где-то рядом. Посылал цветы тебе по почте, а ты думала это он. Я писал тебе эсэмэски, а ты, оказывается, сменила номер и никому его не дала, кроме него и своей семейки. В тот вечер у Меган на вечеринке я не ожидал тебя увидеть. Но ты пришла. И я придумал кое-что. Я решил, что Эрик все равно приедет за тобой, чтобы отвести тебя домой. Мой план был прост, но действенен: я подсыпал в твой бокал какой-то наркотический препарат, стащил у отца. Ты должна была стать недееспособной, бесформенной, безмозглой! я хотел затащить тебя в постель и попросить Артура позвонить Эрику, чтоб тот приехал и застукал нас. Все должно было сработать! Я уже сидел и ждал, когда же ты начнешь проявлять эти симптомы. Я отвернулся лишь на пару минут, и ты исчезла. Тебя не было нигде! Я спросил у Меган, куда ты делась. А она сказала, что ты поехала за мамой. Был один момент, когда я уже решился позвонить тебе и сказать, что ты не должна ехать. Препарат вот-вот должен был подействовать. Но потом я решил, что так будет даже лучше. Эрик увидит тебя такую, решит, что ты приняла наркотик и все. Отношениям конец. А тут я, великодушный Эндрю. Люблю тебя даже наркоманку. А потом мне позвонил отец и сказал, что твоя мама и Эрик погибли, а ты в реанимации. В твоей крови обнаружили алкоголь и наркотики. Наша семья знала, и твой отец тоже. Но он попросил об этом никому не говорить. И тебе тоже. Он свято верил в то, что ты не такая, но все равно ненавидел тебя. А я промолчал. Вот тебе и жестокая реальность, Джейн. Как тебе с этим теперь? Хорошо? Думается о любви, о жизни, о семье, м? Это ты виновата во всем. Если б ты была со мной – этого бы не случилось.