–Уже наступит весна… – задумчиво произнесла я.
–Отметишь ее приход на высоте 20000 километров! И не грусти, Джейн. Я знаю, что произошло в тот вечер на приеме. Мне очень жаль. Признаюсь тебе, я тут же прекратил какие-либо переговоры с Джеймсом.
–Из-за меня? Не стоило!
–Стоило. Моя дочь тоже когда-нибудь станет взрослой. А такие ублюдки всегда будут ходить по земле.
–Спасибо, Гюстав. Это очень много значит для меня.
–Я знаю. И насчет Дэвида… не суди его строго. Человек, который любит в первый раз, совершает огромное количество ошибок. До встречи. Береги себя.
–Да, пока…
Я медленно опустилась на кровать, пытаясь сообразить, что только что произошло, и что только что я решила сделать. Спонтанность обычно не была мне свойственна, но время идет, и я все более и более непредсказуема даже для себя самой.
Я потерла лоб рукой, глубоко вдохнула и спустилась к бабушке.
–Как думаешь, спонтанность – это не одна из сторон ветрености? – спросила я.
–Смотря, в чем она выражается. А с чего вдруг ты решила об этом подумать?
–Я только что дала положительный ответ на предложение Гюстава о работе.
–Снова реклама?.. мне, если честно, страшновато было бы снова лезть в это болото.
–Но это было его просьбой. Я же должна отблагодарить его, – рассеяно говорила я.
–Смотря, чем все это потом для тебя обернется. Но если ты готова к этому – я не против.
–Я завтра улетаю в Париж…
–Что?! Завтра? В Париж? Вот это верх спонтанности! Я… а ты вообще мое разрешение спрашиваешь?
–Не думаю. Я ведь уже согласилась.
–Джейн, милая, это же не твой мир, там все иначе, потом ты опять погрязнешь в депрессии, будешь бояться выходить на улицу. И ты добровольно соглашаешься на это?
–Во-первых, это работа, которая мне сейчас нужна. Во-вторых, за нее платят огромные деньги. В-третьих, мне необходимо сейчас отвлечься, а лучше всего уехать из Нью-Йорка. Это предложение как раз кстати! Джекпот!
–Ну, если рассматривать эти пункты – вопросов нет. А как же спокойствие?
–Знаешь, я спокойствия в своей жизни не видела уже давно, и не скажу, что после моей работы с Гюставом стало хуже. Стало хуже после моей связи с Дэвидом, с его прошлым ловеласа и разрушителя женских сердец. С его сумасшедшими экс-подружками и не самой лучшей репутацией. А Гюстав не сделал мне ничего плохого, я не думаю, что может быть хуже.
–Ой, Дженни, не знаю. Решать тебе. Я уже слишком стара для таких вот путешествий.
–Теперь я точно уверена – надо лететь, – твердо сказала я.
Я быстро сбегала в свою комнату, чтобы переодеться.
–Я схожу к Джулии, она должна быть сейчас дома, – сказала я, надевая туфли.
–Передавай ей привет.
–Обязательно.
Я задумалась, а не бегу ли я от проблем снова? Как осенью сбежала в Нью-Йорк. Не пытаюсь ли спрятаться ото всех, кто может причинить мне боль? Все это время я боялась столкнуться где-нибудь с Дэвидом и понять, что этот кусочек его души живет где-то в моем подсознании, и я просто бегу от проблем, отказываясь от него. Так страшно ему верить. Страшно, потому что везде, где и с кем бы я не была, везде меня ждут разочарования. Я часто думаю о том, что самобичевание – не лучший выход из ситуации, но в самобичевании как раз-таки часто выплывают какие-то правильные мысли. Я не специалист в области оптимизма, зато пессимизм, кажется, изучила со всех его сторон. Но, я думаю, оптимистами могут быть только чокнутые. В наше-то время. С нашими проблемами. Сказки случаются, наверное, но очень редко и чаще всего, оптимистов эти сказки не настигают. Оптимизм – это полная чушь. Но есть кое-что, в чем я вижу свой личный оптимизм – солнце, как не крути, все равно взойдет.
–Джейн? вот это сюрприз! Входи, – улыбнувшись, сказала Джулия.
–Я завтра улетаю в Париж, – войдя, тут же проговорила я.
–Что… что?! Ты шутишь что ли? Хотя, с таким лицом не шутят. Как в Париж? Зачем?
–Гюстав снова предложил мне работу.
–Не может быть…
–Я тоже так подумала сначала, но, оказалось, что может.
–И ты согласилась?
–А как ты думаешь? – усмехнулась я.
–Вот это дела! Ты, как я считала до этой минуты, самый подозрительный человек, которого я когда-либо знала! Ты всегда все просчитываешь, обдумываешь по двести раз, все взвешиваешь, все проверяешь. А тут…
–Я хочу уехать отсюда хоть на время. Все эти скандалы доконали меня, я больше не могу, мне нужно сменить обстановку. Возможно, это выглядит, как побег. Может и так, это неважно.
–Вот теперь я точно знаю, что совсем тебя не знаю!
–Мне иногда кажется, что я сама себя не знаю.
–Париж – это здорово. Это моя мечта, хоть я о нем практически ничего не знаю. Я даже не знаю, почему туда хочу!