Днём ничего не снилось, и Люсиль в самом деле отдохнула. Затем обед, купание и подготовка к визиту. Ехать по-прежнему не хотелось, но после порции успокаивающего отвара наступило мысленное оцепенение, и Люсиль покорно перед зеркалом терпела, пока Адора расчешет и уложит ей волосы.
– Делоне, верно, совсем закрутились со своими гостями. Марсий до сих пор не ответил на мою записку, – пожаловался отец, заходя в комнату Люсиль, где супруга читала младшей дочери сказку, а старшую приводили в порядок.
– Ещё бы, – отозвалась матушка, – Эла созвала, по-моему, весь Лабасс и Люмосские провинции, чтобы найти своему сыну подходящую невесту.
– Значит, там сегодня будет много девиц? – странным голосом спросил сир Аурелий.
– Мы справимся, дорогой, – с аналогичной интонацией его успокоила матушка.
Прошёл час. Ответ на записку так и не пришёл. Сир Аурелий, как и супруга, выразился, мол, их дело маленькое – поздравить по-соседски, а там можно и на праздничный ужин не оставаться.
Повозку приготовили, управляющий сел отдельно на коня и взял за поводья подарок Армана. Ехали неторопливо, чтобы не гнать подарочного жеребца, и весь путь Люсиль думала о том, как было бы хорошо повернуть время вспять. Заставить себя не влюбиться в Рене Мароя. И придумать что-нибудь более интересное.
Как он тонко над ней пошутил! Доказал, что она невозможно глупа и простовата, несмотря на свой статус. Прислал такую книгу для изучения, что даже отец посмеялся: его дочери никогда лумерской науки не осилить. Какие-то механические законы изменения материи. Разумеется, Люсиль честно пыталась её понять, но засыпала на второй странице даже днём.
Да, она просто глупая наивная герцогинька – и ничего более. Слова Рене были жестоки, но что-то в них заставляло неприятно съёживаться. Люсиль ещё не была готова принять все его обвинения. И как он посмотрит на неё после всего случившегося? На всякий случай она приготовилась надеть маску брезгливого презрения, чтобы не увидеть аналогичную на Марое. Или Армане. Или, ещё хуже, инквизиторе, который всё знал.
Сани передвигались по относительно пустой дороге. Недалеко от водопада попалась опрокинутая повозка с бочкой. Чуть дальше снег, вдоль берега Лонии, был взрыт и покрашен в розовые пятна – об этом сказал отец, наблюдавший пейзаж с правой стороны. Там же топтались незнакомые ему люди, инквизиторы, судя по плащам.
– Опять у Делоне что-то случилось! – резюмировал он тревожно, и родители переглянулись. – Как хорошо, что ты с ним рассталась, дорогая.
Последняя фраза была адресована Люсиль, и она покраснела.
Вскоре сани свернули налево, к распахнутым воротам. Во дворе не наблюдалось скопления гостей. Только знакомые сани де Венеттов с единственной лошадью. Значит, Антуан находился здесь. Люсиль закусила губу, едва затянувшуюся после ночных метаний, и солёный привкус на языке напомнил насилие со стороны Рене.
Им навстречу спустился сир Марсий, весьма смущённый, что на него не было похоже:
– Прости, Аурелий… Камилла… Люсиль, Лионэль… Совсем про вас забыли! Признаю свою ошибку.
– Что у вас опять случилось? – матушка взяла Лионэль за руку, чтобы та не соскользнула на ступенях.
– Проходите, – уклонился от прямого ответа сир Марсий, дожидаясь, когда гости войдут внутрь.
В фойе не было ни Армана, ни Антуана и… Рене тоже. Вообще в замке было подозрительно тихо: родители переглядывались, пока хозяин провожал их в гостиную, по пути попросил слугу позвать супругу, сиру Элоизу, принести в гостиную аперитив и закуски.
– Мы перенесли празднование на несколько дней, – объяснил скоромное угощение отец Армана.
– А где же именинник? – не выдержала матушка.
– О, простите… Кассий, позови сира Армана, скажи, к нему гости.
Сначала пришёл Арман. Вместе с Антуаном.