Девушки немного пооткровенничали, заручившись обоюдным обещанием ни с кем не делиться новостями. Люсиль рассказала про жизнь в Лабассе и подругу, получившую дар метаморфа, сестру Антуана, кстати, и пошутившую от души над всеми. Оливия же посекретничала о знакомстве с новым братом и его женой. И брат, и жена понравились. Поболтали о тяжёлой доле принцессы, жизнь которой с пелёнок была под всеобщим наблюдением, и Оливия устала.
– Высплюсь здесь – и то хорошо. Правда, потом много учить придётся за пропущенные дни, ну и ладно. Интересные выходные получились... – она бормотала, пока не уснула.
Люсиль ещё немного постояла у перил, внизу послышались голоса Хривелура и Дианы. Оба шли со строны сада с корзиной, явно наполненной чем-то. Но точно не фруктами: с чего бы закрывать их празднично-вышитой салфеткой? Люсиль отпрянула, не желая, чтобы её увидели по единственной причине – окликнут, заговорят и разбудят Оливию, энергия которой утомляла после прОклятой ночи.
На предпоследнем рисунке оставлось нанести последние штрихи – тени, и надо было заставить себя раскрасить виноград и бутылки с виной того противного рыжего мага, что сватал своего сына без присутствия родителей юной герцогини. Аж зубами скрипнула, когда вспомнила о нём.
Прошло полчаса, на виноградный набросок лёг первый слой водорастворимой краски. Оливия, шумно зевая, проснулась. Секунд пять – и она вскочила на ноги, свежая и энергичная, словно сон вернул ей все потраченные силы.
– Выспалась? – с завистью спросила, улыбаясь, Люсиль.
– А здесь хорошо спится под липой, сладкий сон такой был, – девчонка потянулась и покружилась. – Пойду, узнаю, что Хрив делает.
Не прошло и четверти часа, как она вернулась, в абсолютно противоположном радужному настроении. За ней Адора несла разнос с двумя деревянными кружками и тарелкой с печеньем. Знакомый аромат, который Люсиль запомнила возле палатки де Венеттов, смешался с липовым.
– Его высочество вас угощает кофе и просит отдохнуть, – сделала книксен Адора.
Оливия забрала одну кружку, сгребла несколько кругов орехового печенья с тарелки и забралась с ногами на кушетку:
– Хрив с Дианой успели к Антуану спорталиться. Пока я спала, – обиженно пожаловалась девчонка. – И меня не взяли!
– Почему в деревянной кружке? – Люсиль с удивлением впервые в жизни взяла в руки не серебряный кубок, а лумерскую посуду.
– Его высочество утверждает, что так аромат кофе сохраняется лучше, – объяснила Адора.
Люсиль подняла бровь, принюхалась и отослала служанку. В самом деле, стоило бы отдохнуть.
– Знаешь, почему меня не взяли? – хмуро продолжила Оливия, – Хрив сказал, что с меня станется потом шастать к де Венеттам порталом. Якобы, и так на меня почти все заглушки в королевстве извели... Представляешь, какое ко мне доверие?.. Ничего, он ещё пожалеет!
Вкус и запах напоминал арнаахальский шоколад, Люсиль добавила молока, и теперь напиток понравился ещё больше. Как ни странно, от него немного прояснилось в голове.
– А зачем они вообще ходили к де Венеттам? – Люсиль присела рядом с Оливией.
– Захотели посмотреть на их зимнюю оранжерею со стеклянной крышей. Я уверена, что Диана попросила, а не Хрив предложил.
– А тебе-то что? – расслабленность способствовала добродушию.
– Мне? Ничего! Волочится за братом и пусть волочится, – не обращая внимания на то, что Люсиль закашлялась, Оливия залпом допила кофе, стряхнула на пол крошки от печенья и забрала с тарелки остальное, – если мне четырнадцать, то о будущем рано, что ли, думать? Или они думают, что у меня ещё чувств нет? А мне, может, тоже сир де Венетт понравился. Я уже посчитала: пока он три года будет учиться в Академии, я подрасту, сделаю так, чтобы, как у тебя, наступила перестройка маг-сил, и тогда мы поженимся.
– А как же Лео? – сдавленно напомнила Люсиль, пытаясь откашляться от попавшей не в то горло жидкости.