Оливия просветлела лицом:
– Ой, забыла! Лео тоже хороший. Я подумаю.
“О Владычица, совсем ещё ребёнок, а туда же!” – подумала Люсиль и вдруг вспомнила, как сама в этом возрасте рассматривала всех понравившихся свертников и старше как потенциальных женихов.
– Разве тебе Его величество позволит создать брак с простым магом-стихийником? Лео – вообще лумер...
“И тебе дядя, если разобраться по родословной”, – добавила про себя. Простодушный ответ Оливии, мягко говоря, изумил.
– Отец говорит, что прошли времена, когда принцы и принцессы создавали браки ради сохранения и преумножения пространственной магии. Якобы, какой смысл в порталах, если можно построить такую скоростную повозку, что она тебя быстро доставит, куда ты хочешь? Отец говорит, скоро так и будет. А простая магия, созидающая, гораздо важнее. Знаешь, какая магия самая сильная?
Оливия так хитро смотрела на Люсиль, что та заподозрила подвох:
– Метаморфная?
Девчонка рассмеялась довольно:
– А вот и нет! Сердце и сила Владычицы – магия любви. Тебя не заставляли, разве, Каноны учить?
– Если бы она на самом деле была такой сильной, – грустно улыбнулась Люсиль, отставила кружку, чтобы позже, после окончания работы, допить кофе. Опять вспомнила слова Её величества, сокрушавшейся о слабой защите Хривелура, так это ведь спорно. Принца всю его жизнь будут сопровождать инквизиторы, не дадут попасть в беду. А не это ли самая сильная защита?
Оливия вдруг обнаружила, что съела всё печенье сама, а Люсиль даже не попробовала. Порозовела от стыда, извинилась и сказала, что принесёт ещё.
– Благодарю, не стоит, я не голодна. Сходи, погуляй, мне ещё часа два работать, как раз до ужина успею, – Люсиль с облегчением выпроводила Оливию и погрузилась в тишину и вдохновение, отлично навеваемое липой и её запахом, вызывающим ассоциации с беззаботными годами.
Минул час. Рисунок в целом был готов, и Люсиль допивала холодный напиток, прислушиваясь к изменившемуся вкусу, как на мансарду не вошла – влетела Оливия и бухнулась на полюбившуюся кушетку. Сгребла подушку в свои объятия и уткнула подбородок в неё:
– Так не честно! – Люсиль спросила, что случилось, и принцесса буркнула. – Меня опять выгнали! Почему когда взрослые ругаются, меня всегда выпроваживают, как будто я ничего не понимаю?
– То есть как “ругаются”? Его высочетво? – оторопела Люсиль.
– Все трое. Не кричат, конечно, но говорят, знаешь, такими холодными-холодными голосами друг с другом, что лучше бы уже проорались. Матушка вообще расстроилась. А всё из-за того, что Хрив собрался уехать на Аднод, на целый год, представляешь?
– Ку-да?! Когда?
– Там... в общем, ладно, я расскажу. Поклянись, что никому! – из Оливии просилось наружу всё, что закипело там, в гостиной, и то, что не разрешили выплеснуть на месте, а вместо этого вежливо попросили сходить в библиотеку и почитать там что-нибудь разумное.
Уехать на остров, где находился основной источник люмерийской руды, Хривелур должен был через полгода: поздней осенью там начинался сезон. Но, несмотря на отложенный срок, Её величество воспротивилась сразу же, как будто сын должен был покинуть её уже завтра...
Люсиль слушала пересказ принцессы (сопровождавшей пересказ диалога старших своими репликами, оценивая ситуацию по-своему) и не знала, чего больше хочется – радоваться или бежать... С одной стороны, её судьба, герцогини де Трасси, весьма удачно определится до конца этого года. Тут и перестройка маг-сил сыграла свою роль, и близкое знакомство с Хривелуром, и, конечно же, помощь Её величества...
– Хорошо, погибнуть на руднике ты не боишься, хотя у тебя нет дара поисковика, ты излишне самоуверен. Провести год в отдалении от друзей и привычного дела тоже... Но я тебя предупреждаю: ты поедешь туда только со своей супругой! – королева начинала кипятиться, что, в принципе, на неё не было похоже, и все притихли.
– Отец женился в тридцать, с чего бы я должен торопиться? – сражённый яростью матери, попытался отстоять свою свободу сын...
Оливия была на стороне брата и оттого с особым удовольствием комментировала его бунт.
Люсиль машинально наносила на рисунке бутылок и винограда финальные штрихи, замечая, что руку начинает потряхивать. То, к чему она сознательно шла свою сознательную жизнь, вдруг напугало. Она станет женой наследного принца, и её жизнь наполнится новым непривычным содержанием. ВСЁ будет совсем ПО-ДРУГОМУ!