К тому же в процессе время позволяло другим созреть до понимания банальной истины, что моим врагом лучше не быть. И без разницы кто ты... хаосит, таусит, имперец, разве что орки пока что веселились, ведь я давал им то, в чём так нуждались и кхорниты. Но пройдёт время и их час пробьёт, когда вместо постука атомное пламя уничтожит без шанса на бой их миры.
А до тех пор... до тех пор я буду занимать новые территории внутри Великого Разлома, на который я имею равно такое же право, как и любой демон. Ах... нет, право у меня большее... намного большее...
Ведь я сильнее, а в варпе только сила и является мерилом этого права.
Глава 444
– Смерть! Кровь! Смерть! Кровь! Смерть! Кровь! – кричала толпа, стуча прутьями по решётками гигантской клетки и стуча ногами по полу в ожидании завершения боя.
Среди песка и пепла, что впитывали в себя проливаемые реки крови, стояло четыре уже более не грозных фигуры. Покалеченные и покрытые ранами, тридцать орков с задором вступили в бой утром. Часть из них умерло, затем ещё часть, против них выпускали мясо, что продало свои тела, дабы оплатить долги. Или же просто преступников, от которых в огромном Куаме не было отбоя, что позволяло питать его столицу людским ресурсом как для арен, так и для колдунов.
Однако к полудню орков осталось семеро, а ещё через пятнадцать минут против них выпустил чемпиона этой арены, который должен был добить остатки и завершить затянувшее выступление орков. В считанные мгновения она развлекла толпу ещё тремя смертями. И несмотря на то, что она билась в одиночку против семерых, её стиль боя поясеял хаос и раздор в рядах врага.
Во многом из-за этого она выступала только в одиночку, потому что рядом с ней было жутко неудобно биться. Она могла в любой момент нарушить строй, подставить тебя и после, если ты выживешь, тебя ещё и обвинят в слабости. Привыкшая полагаться лишь на себя, Эридия, бывшая сестра битвы и ныне чемпион арены, билась здесь. Без брони, лишь с одним мечом, хранимая опытом, что ужасал всех своими шрамами и кровью.
Кровью не её, а её врагов.
С рыком обезумевший из-за страха и понимания скорой смерти, орк помчался прямо на неё. Здоровый бойз, больше двух метров, хотя горбиться сильно. Гора мышц, что заносит удар, но двигается слишком медленно. С рёвом цепного меча его рука отправилась в воздух, после чего сразу последовал пируэт и Эридия уже вонзает всё глубже цепной меч в брюхо следующему.
Во все стороны летела кровь, цепь разрывала кожу и внутренности, но захлебнуться её оружие не могло и с лёгкостью оно было вырвано, тут же упиваясь кровью из шеи. Последний орк упал на колени, когда пропустил удар в пах, который закончился потрошением до его груди. Истёкшие кровью, они ещё жили, когда Эридия праздновала победу и глядела на ликующую толпу.
Словно такие же безумные животные, они тянули свои грязные руки... здесь не было ни одного аристократа, только быдло что упивалось жаждой насилия. Требовало хлеба и зрелищ, позволяя на их деньги содержать эту арену и обеспечивать её льющейся кровью. Из-за этого многие бойцы покинули её недавно, когда Вестгот бросил клич и повёл всех на настоящую войну.
Ведь всё происходящее здесь было лишь прелюдией, тренировкой, которую оплатили другие. И было настоящим воинам, коими считали себя кхорниты и не только они, стыдновато выступать перед... перед этим отребьем, которое само никогда не выйдет на песок и будет лишь стучать прутьями по клетке.
Не став ничего говорить и красоваться, Эридия ушла с дурным настроением. Для неё это уже была и работа, и удовольствие, и призвание, но... к этому ли она стремилась? Много лет прошло с тех пор, когда она пыталась найти в убийстве врагов Императора утешение. А врагов здесь хватало, как и арена когда-то была исключительно воинской, куда эту толпу не пускали.
Но время шло, шрамы прибавлялись, денег становилось очень много, а... а жизнь летела в бездну. Весь тот мир, что был для Эридии всем – разрушился, а новый был слишком... слишком неприятным? Или же то была гордыня, что не позволяла спокойно жить с тем, кто не считает правление демона жуткой антиутопией? Однако время шло и даже такие упёртые личности как Эридия признавали... жилось здесь куда лучше.
– Отличный бой, вечером... – на пути идущей в сторону своей кельи Эридии возник один из работников арены.