— Я следовал лишь Его плану и всех ответов не знаю сам. Однако чем дальше мы идём, тем плотнее смыкается граница мрака. А значит… значит мы должны стать ещё сильнее. Второй осколок отныне вне нашей досягаемости, но мы можем заполучить третий. Бог-Император знает где он и мы отправимся туда как только утихнет буря в варпе, что скрывает путь к той звезде. В этот раз у нас будет преимущество перед Архиврагом.
Андрос в свою очередь промолчал и ограничился лишь слабым кивком. Если Эридия восприняла всё как само собой разумеющееся, как и остальной части приближённой свите устраивало объяснение уровня «на всё воля Бога-Императора», то Андрос до сих пор прибывал в смятении. Ему сложно было во всё это поверить и принять как данное тот факт, что даже он, Ангел Его, капитан Щитов Терры, сверхчеловек со сверхнавыками… оказался просто разменной монетой.
Так много настрадался их орден, отдал всё во имя Человечество и никогда не просил ничего взамен. И всё же сейчас даже они не были удостоены даже частички правды, а Его слова звучали в ком угодно, но не в них. Нет, Андроса не одолела гордыня и даже обиды в нём не было, несмотря на приторную горечь в его ауре… он просто хотел знать… почему? Почему всё именно так.
Однако в очередной раз ушёл, приняв урок смирения от своей судьбы.
— Он опечален. Ему нужен смысл и цель, но чем дальше он идёт, чем сильнее терзается воспоминаниями, — произнесла Птичка, усевшись на моём плече. — Столько битв, столько лишений. Он лишился ордена, своего мира, большинства братьев и всё же продолжает сражаться за Человечество. И что он видит? То что инквизиция не может договориться между собой, от самодурства некоторых лидеров хочется выть, а правду скрывают даже от него всеми силами. Да и какой смысл сражаться за то, что в конечном итоге не под силу спасти даже астартес? Такая ноша и так мало толку…
— Он сам выбрал этот путь и только ему решать идти ли по нему до конца, — заметил я, уходя в противоположную сторону и уходя на первом же повороте к спуску в подземные помещения.
Прямо сейчас провидцы и астропаты при помощи ещё нескольких псайкеров устраивали обряд. Скоро к ним подключится хор святых и по задумке сам Бог-Император укажет им точное расположение следующей цели. Хотя на данный момент мы уже примерно знали о каком секторе идёт речь. Однако звёзд там много и хоть пока что-то буря не исчезла, но как только она утихнет, то обряд будет произведён тотчас.
В тот же день мы со всеми силами отправимся прямо туда, чтобы умыкнуть артефакт из-под носа врагов, пока туда не прибудут флоты главных участников. План как всегда очень надёжный, правда все ещё было непонятно что потом делать с очередным артефактом, от которого фонит варпом чрезвычайно сильно. Защитить мы его вновь не сможем. Хотя если удастся отправить на перерождение ещё парочку примархов… то всё равно толку не особо много. Переродятся же гады, так ещё и быстрее чем раньше из-за этого разлома.
Но другого мне не оставалось, Бог-Император приказал и я до их пор являлся частью сделки. Как и за долг с Тзинчем тоже не расплатился. Да уж, положение моё явно не было самым лучшим.
— Вселяйся, — произнёс я, закончив манипуляции с хрусталём, после которых Птичка забралась внутрь и начала аккуратно разминать конечности. — Как тебе?
— Немного надо привыкнуть к габаритам и крылья… тяжеловаты, — произнесла Птичка, после чего её перья начали хрустеть и удлиняться, а вместе с тем ветра магии подхватили хрустальную пыль, после чего она сделала первый взмах. — Но пойдёт.
— Долго сможешь находиться в этой оболочке?
— До тех пор пока есть связь с варпом. Но если от меня будет требоваться магия… то придётся вновь черпать силу через тебя.
— Хорошо. Правда мы пока не знаем как этот хрусталь будет себя вести на протяжении длительного срока. Прошлые экземпляры потускнели и закостенели, перестав пропускать через себя магию. Словно бы…
— Ороговели!
— Да, это слово тоже подойдёт. И пока я буду продолжать совершенствоваться тут, ты отправишься вместе с Мордредом в варп.
— Армия?
— Именно. Заодно попробуйте ускорить перерождение Лазури.
Одной лишь верой в Бога-Императора победить наших врагов было невозможно. В этом я уже давно не сомневался, поэтому без каких-либо сомнений пустился в пляску с самим дьяволом, повторяя путь и ошибки всего радикального звена инквизиции. Но только с одним исключением: я не считал и пытался сделать Хаос своим рабом или слугой.