По чёрному рынку бродили мои люди, искали работу, участвовали в разных смутных делах, порой даже занимались убийствами. Мы никуда не спешили, проникали ещё глубже в преступную сеть, что стала крайне… спокойно и размеренной, благодаря правлению поставленного мной человека. Никаких разборок не было, борьбы за власть тоже, из-за этого складывалось впечатление, что преступность была на нуле. Но такого нигде и никогда не бывает, хоть со стороны кажется иначе.
Время шло, одна неделя, другая. И вот мы начали замечать нечто странное и непонятное. Какие-то влиятельные люди начали устраивать встречи, куда не пускали даже верхушку преступного мира. Странный привкус я ощущал и в воздухе, начала меняться риторика глашатаев на площадях.
— За единственную вещь мы должны быть благодарны врагам: они делают жизнь насыщенной, — скривившись произнёс я, глядя на очередной доклад. — Как я и думал… они только и хотели, чтобы я покинул этот мир. Три ячейки культа. У них даже связи в Адептус Арбитрес.
— Может быть это просто ошибка?
— Нет, это можно объяснить разве что взятками, но… я всегда предполагаю худшее.
— Значит мы потеряли контроль над силовиками?
— Потеряли? — усмехнулся я, повернувшись на Эридию. — Мы никогда его и не имели. Всё это спектакль, который они подготовили ещё после отбытия Ордо Малеус.
— Спектакль?
— Епископа Иоанн… как же сладки были его речи, а своими действиями я собственноручно даровал ему ещё большую власть.
— Это серьёзное обвинение, инквизитор, — нахмурилась Эридия. — Я не могу в это поверить.
— Значит ты лично отправишься на разведку в собор. Установи наблюдение, себя не выдавай.
Эридия кивнула и ушла с отрядом Золотых Гончих выполнять боевую задачу. Со мной же остался только Оливер и Немой с ещё тремя бойцами. Нас было очень мало, ведь на шаттле армию не привезёшь. И в этом тоже была проблема.
— Адептус Арбитрес… епископ… тут не обойтись без армии, — произнёс Оливер и был прав, у нас не имелось ресурса для полноценного противостояния с тем, что я сам создал по невнимательности.
— Говорят, что тысячи миров были обречены на крах перед уродливым лицом Архиврага… Когда целые флоты отказывались от клятв и на сторону врага переходили полки гвардии. Дворяне были поглощены грехом, сам глава администратума Гог Вандир в безумии своём подчинил Экклезиархию и государственный аппарат самой Терры…
— Да уж, жуткие были времена… сущее безумие.
— И тогда помощь пришла оттуда, откуда её не ждали. Те, кого было принято считать врагами, неожиданно оказались хранителем той самой чистой веры. И даже Себастьян Тор после говорил, что вера доступна любому человеку. Именно поэтому на этот мир хоть и возилось огромное количество ксенотеха, но сколько проклятых артефактов мы перехватили у контрабандистов?
— Ни одного.
— Ни одного… потому что даже у самого конченого бандита и преступника есть какие-то зачатки чести. И когда на кону становится мир, то он всё же выбирает Человечество. Как и среди преступников в целом очень много верующих. Они грабят ближнего своего, но чтобы сотрудничать с Архиврагом… нет-нет, они не такие дураки. Они лучше других знают, где начинаются те самые красные линии.
— Значит мы будем делать ставку на преступный мир?
— Ставки? Инквизиция не делает ставок, Оливер, — покачал я головой, ведь в этот раз глупость этого бойца меня раздражала. — Мы делаем расчётливые ходы, как и наш враг.
Времени у врага было немного. Этот мир после отбытия Святой Марии не стал изолированным. Через эту систему всё ещё пролетают многие инквизиторы. Рано или поздно их заметят, вскроют и тогда начнётся новая зачистка. Вероятно они также предсказали и то, что мной были оставлены агенты. Возможно они догадываются, что и сам я остался.
— А может у тебя всё же паранойя? Ты ещё не убедился в предательстве Иоанна, а уже готовишься выжечь всех, — заметил Алор, беспокойно оглядывая мои эмоции.
— И в чём же нам ещё нужно убедится? — отвечал Торквемада, бродя внутри своей темницы. — Тут всё очевидно. Враг уже провёл нас, но снова этого не сделает. Мы подготовим почву, найдём все улики, а когда Свята Мария вернётся, то она получит приказ обрушить весь свой гнев на головы еретиков.
— А если мы не найдём улик? Такой вариант тоже надо рассматривать, — сдержанно заметил Мордред.
— Если⁈ — воскликнул Торквемада и засмеялся. — Иоанн заслужил смерть как минимум своим лицемерием.
— Мы уверены в том, что он лицемер просто потому что… он слишком хороший? А весь Адептус Арбитрес предатели… — подводил итог Мордред, пытаясь разобраться в происходящем. — Потому что они взяли пару мелких взяток? Нет, серьёзно, это уже какое-то безумие…