Патир: «Молодец… Помнишь… Кто тебя вывел в люди… Это я старый вояка… Я тут у тебя посплю… А потом мы с тобой сходим в столовку, нальём по чарке, вспомним время когда мы были моложе».
Макир подходит к дивану и, взяв Патира за грудки, рывком сажает на диван, зло смотрит ему в глаза.
Макир: «Нет свинья, спать ты тут не будешь! У нас организация, банда осталась позади! Понял!? Нет!? Придётся понять. Пока будь доволен, что тебя ещё до сих пор держат здесь…»
Патир: «Да ты что!? Угрожаешь мне!? Выгоняешь!? Да ты тут потому, что это я…я, старый боец вывел тебя в люди… Ты что? Охренел что-ли? Забыл всё? Как ты бегал по рынку с бумажкой…»
Макир уже более спокойно: «То время уже прошло… Это я из банды сделал организацию… И мы будем ещё больше и сильнее… Весь район под нашим контролем и не только… И превращать это снова в помойку я тебе не дам!»
Патир: «И что погонишь? А совести хватит!? Ты! Сосунок!... Да я сейчас пацанов возьму… Выкину тебя отсюда… В два счёта…»
Макир: «Никого ты не возьмёшь… А тебя сейчас оттащат вниз в бытовку, дрыхни там… Пока я добрый ещё…»
Патир пытается подняться, но Макир толчком бросает его на диван, выходит в коридор, кричит там кому-то. Через короткое время в кабинет забегает пара молодых и дюжих бандитов. Вопросительно взглянув на начальство, они сгребают слабо отбивающегося Козула и под руки выволакивают в коридор. Один из бандитов поворачивается.
Макир: «Оттащите его в бытовку… Пусть проспится… А потом домой… Мне ещё с людьми разговаривать тут…»
Бандит понимающе кивает. Взяв покрепче пьяницу под руки, бойцы скрываются в коридоре, закрывают за собой дверь. Макир устало садится в кресло за стол, зло и недовольно смотрит в окно.
Макир про себя: «Но ведь за ним часть командиров, хоть и меньшая их часть… Надо это решать как-то…»
Руководство успокаивается, смотрит в окно, потом нажимает кнопку на пульте.
Макир: «Кофе принеси мне покрепче… Больше ничего не надо…»
Из пульта голос секретарши: «Минут через пять будет… Сейчас сделаю..»
Макир отключает связь, осматривает кабинет. Везде новая светлая деревянная мебель. Торцом к директорскому столу ещё длинный стол для заседаний и ряды стульев, придвинутые вплотную к нему. Возле окна большой кожаный диван и пара таких же кресел.
Макир лежит у себя дома в той же кровати, ворочается во сне. Над головой полупрозрачные изображения, мужчина видит сон. Сначала изображение Патира Козула, стоит на стуле над директорским столом, собирается помочиться на него. Макир морщится во сне и переворачивается ещё раз. Потом звук как-бы смешка и голос «что ты с ним возишься, тебе же обещали». Потом изображение угла потолка над директорским креслом.
Сон неприятный, Макир просыпается. Коротко взглянув на лежащую рядом на кровати девушку, он проходит на кухню, открывает холодильник, наливает в кружку компот, ставит её на стол. Немного постояв возле стола, выходит на балкон, смотрит на виднеющийся вдали пруд, возвращается к столу, присаживается на стул, придвигает кружку к себе, размышляет.
Макир про себя: «Сволочь такая. Ну сиди дома, зачем приходить на работу? Разлагает дисциплину. Но его поддерживает часть командиров из старых, а молодые начинают посматривать на них… Снова будет банда…»
Ещё немного сидит, отпивает компот.
Макир про себя: «Видимо пора его убирать… Нечего чикаться… С Балыном всё было нормально, ну и тут тоже будет… Только нужно это правильно организовать…»
Руководитель военизированной организации сидит ещё некоторое время, понемногу отхлёбывая из кружки.
Макир про себя: «Нужны доказательства… То что ты там с ним поскандалил… Ну и что … Это никто не видел… И не слышал…».
Тягостные размышления продолжаются, жидкость в кружке постепенно заканчивается.
Макир про себя: «Да! Видеозапись…. Угол потолка… Оттуда видно весь кабинет… Потолок подвесной, там есть проводка освещения… Так и надо… Сделать запись… Была самооборона… Аппаратуры купить несколько комплектов, во все важные кабинеты, ну и себе тоже… Тут же идут переговоры… А Козул? Да он пьяный почти всё время… Только нужно чтобы был при оружии… Ну да… Так правильно… В крайнем случае будет повод выгнать как паршивого пса… Угрожал… Только нужно услать его куда-нибудь… Да хоть на сахарный завод… Пусть спит там…»