Ларисана: «Хорошо мам, тогда мы быстро…»
Девочка убегает в дом. Мать быстро выбирает из горки подходящие плоды, складывает их в ящик неподалёку, подходит с ним к импровизированной мойке, состоящей из высокой деревянной подставки, прикреплённой сверху эмалированной раковины, изогнутой металлической трубы, возвышающейся над всей конструкцией, и красного вентиля на её конце. Скоро из дома прибегает дочь с тремя мисками, ставит их на край подставки.
Ларисана: «Сахар сейчас принесу. Раник ящики принесёт…»
Девочка убегает в дом снова. На встречу идёт небольшой мальчишка в такой же стёганой зелёной куртке с двумя ящиками. Ганина оборачивается.
Ганина: «Не тяжело».
Ранин: «Не, они лёгкие… Там ещё шесть штук…»
Ганина: «Принесите их все, ложки возьмите на кухне…»
Мальчишка тоже уходит. Мать быстро моет крупные плоды, складывает их в одну миску, идёт со всей посудой к столу.
Из стоящей рядом сумки она достаёт металлическую тёрку, прикрепляет её к столешнице. Затем она принимается по очереди чистить ягоды ножом, складывает в свободную миску.
Далее в действие вступает тёрка. Хозяйка по одной бросает подготовленные ягоды в широкий раструб тёрки, одновременно вращая ручку. Зелёное желе стекает из выходного отверстия в оставшуюся свободной миску, практически тут же покрываясь бурым налётом. Скоро посуда до краёв полна зеленовато-бурой массой.
Подходят дети с ложками, садятся в рядок за стол. Дочь ставит на стол большую металлическую банку, берёт со стола грязные миски, отходит к мойке.
Ганина: «С мылом, там оно есть…»
Ларисана: «Да мам….»
Через некоторое время дети уже уплетают лакомство, сидя за столом.
Ганина: «Если хотите, можете с хлебом…»
Ранин: «Не, так лучше…»
Чада быстро поглощают угощение.
Ранин: «Маам! А можно мы к Ване сходим?»
Ганина: «К Ванинале? Напротив? Хотите поиграть?»
Ларисана: «Да… Ей куклу большую из Николина привезли…»
Ранин: «И у них ёжик возле дома живёт… Почти ручной…»
Ганина: «Идите… Но к заходу солнца должны быть дома!…»
Ранин: «А можно мы с собой крыжовника возьмём?»
Ганина кивает, показывает на стоящий рядом ящик, с горкой ягод.
Ганина: «Берите поплотней… Мягкие не надо… И идите… Сумка у вас с собой есть?»
Дочь молча вытаскивает из кармана цветную матерчатую сумку.
Ганина: «Да эта… Берите и идите… Не хулиганьте там…»
Дети молча складывают в небольшой мешок с ручками зелёные плоды, оглянувшись на мать и немного постояв, уходят. Ганина продолжает перебирать ягоды. Через некоторое время весь собранный урожай уже рассортирован. Подходит хозяин с двумя полными корзинами.
Ганина: «Ставь рядом на землю… Там всё?»
Гасин: «Один ряд всё… Осталось ещё два… До вечера соберём…»
Ганина: «Тогда давай и мы перекусим что ли?»
Гасин: «С сахаром?»
Ганина: «По полторы ложки… Давай мой руки, я сейчас сделаю».
Хозяин плантации идёт к мойке, хозяйка подбирает плоды из полных ящиков, складывает их в свободную миску.
На столе две миски с почти доеденной зелёно-бурой массой, две круглые булки, пара металлических кружек с бордовой жидкостью. Хозяева едят не торопясь, отдыхают.
Солнце между тем склоняется всё ниже к горизонту, тени от деревьев становятся длиннее. Женщина справилась со своей порцией, взяла в руки кружку с компотом и булку.
Ганина: «Не торопись. Время ещё есть. Перекусим немного и дальше…»
Гасин: «Не тороплюсь… До вечера сделаем. Можно отдохнуть… Жизнь размеренная…»
Ганина: «На работу завтра не позовут?»
Гасин: «Позовут, больше для проформы. До обеда потолкаюсь и пойду домой. Света после обеда нет».
Ганина: «Можно бухгалтерские книги послереволюционные достать… Всё на учёт…»
Гасин: «Печатных машинок, чтоб ты знала в природе уже не существует… Нигде… Только компы… Можно депеши писать как при императоре… Опять же где взять чернила и перья?»
Ганина вздыхая: «Тогда возле Офиса казалось, что вот и всё будет… Программа 432, да всего полтора года…»
Гасин: «Откатываемся куда-то в темень… Этот вор… В смысле Тарада… А этот честный… Начали наводить порядок и экономию… Живём с керосиновыми лампами... Уже… Хорошо хоть школа ещё есть…»