Прочитав письмо, Юрий Натанович взревел от досады и с размаха стукнул кулаком по обеденному столу, расплескав щи с бараниной на батистовую скатерть. Наталья Федоровна тихонько заплакала и прижала к себе Ангелину. Не обращая на жену и дочку внимания, Юрий Натанович бросился в прихожую к телефону.
У полковника в запасе были связи по всему городу. Поэтому несмотря на хитрость (адрес отправителя был взят Захаром из головы), через полчаса Юрий Натанович уже изучал присланную из милиции бумагу, на которой было написано, по какому адресу последние три недели функционировал мобильный телефон его старшего ребенка. К присланной бумаге прилагалась ксерокопия паспорта Николя, зарегистрированного на данной жилплощади.
Началась осада.
В квартиру постучали, и Николя, решив, что принесли пиццу, пошел открывать. Однако в коридор ввалились незнакомцы – мужчина и женщина. Седовласый мужчина выглядел представительно. Он был в дорогом пальто с меховым воротником. Женщина рядом с ним казалась запуганной и неуверенной. Ее руки дрожали, и, пытаясь успокоиться, она сцепила их замком.
– Где наш сын Захар? – властно спросил мужчина.
– Здесь нет такого, – заплетающимся от ужаса языком пробормотал Николя.
Мужчина оттолкнул его и прошел внутрь.
Захара обнаружили за шторой, где он попытался спрятаться.
– Собирайся! Мы едем домой! – приказал отец.
Возразить Захар не посмел. Он молча надел свою легкую куртку, взял шарф Николя, заботливо связанный Улой. Николя едва заметно кивнул, разрешая взять любимому свою вещь.
Оставшись один, Николя почувствовал себя так отвратительно, что зашел в ванную комнату и достал те самые бритвы, которые купил для самоубийства.
Горечь потери становилось нестерпимой.
Никто не позволит им быть вместе.
Не в этом мире.
Николя посмотрел в зеркало и улыбнулся. Нет. Еще не время. Их чувства слишком крепки. Нельзя уступать тем, кто давно ничего не помнит о настоящей любви.
Захар не сказал ни слова, но в нем была решимость, и Николя надеялся, что он вернется.
Владимир Высоцкий пел о том, что горы покоряют храбрецы. Трусам там не место. Захар несколько лет занимался альпинизмом, и ему не составило труда слезть с шестого этажа из своей комнаты, где отец запер его для дальнейшего разговора.
Постучав через несколько часов в дверь, Захар показал бутылку коньяка, которую прихватил из дома, спускаясь по простыням, связанным между собой.
– Живем! – подмигнул он.
Электричество в квартире не включали. Сидели тихо. Родители Захара вернулись к ночи и, набрав камней, бросали их в окна Николя. Затем вместе с припозднившимися жильцами они проникли в подъезд и в отчаянии колотили в дверь.
– Где наш сын?! Захар, выходи! Мы не отдадим тебя в гейский притон! Здесь живут извращенцы! Пидарасы!
Юрий Натанович Сотников кому-то звонил и требовал прислать милицейский наряд, чтобы заковать извращенцев в наручники. Наталья Федоровна причитала и плакала.
Покричав несколько часов кряду, родители Захара ушли.
Вещи были собраны. Но не было денег на дорогу.
Николя выставил на продажу через интернет компьютер и телефон – единственное, что имел в наличии. Фрося, узнав о случившемся, решила каждые два часа узнавать новости и, связавшись с бабушкой Улой, передать от нее деньги. Сидели, ждали звонка от Фроси.
Странным было то, что родители Захара внезапно исчезли. Прояснилось все позже, когда Ула позвонила из поселка, спрятавшись в сарае:
– Николя! – сказала бабушка. – Я еле поймала телефонный сигнал. Бегите! Меня не отпускают в город. Доверять никому нельзя. Родители Захара у нас. Они купили в милиции наш адрес, узнали все про нашу семью. Здесь был скандал. Юрий Натанович приехал с автоматом, твой отец схватил ружье, еле развели! Слава богу, Короля нет. Он еще не вернулся из Сибири. Мать и отец твоего парня заявили, что ты – вор и хотел обчистить их дом. Обещали, что посадят. Я умоляла их одуматься, предлагала чай. Больше нам их не задержать, они возвращаются в город…
– А Король-Эльдар когда вернется? – спросил Николя.
– Не знаю. Прощай и береги себя!
Судя по шуму в трубке, бабушку Улу кто-то обнаружил и начал отбирать у нее телефон.
После этого звонка Захар и Николя стали совещаться, что делать.
Решили вызвать такси и ехать на железнодорожный вокзал.