Его отец, ранее неоднократно судимый, подкрался и сбросил меня с полутораметровой стремянки. Я сильно ушибла правый бок. Другие соседи, в том числе милиционер, воевавший в Чечне, убежали, чтобы не оказаться свидетелями. Потом был суд и смехотворные деньги в виде компенсации.
Мы также узнали, что отец того самого мальчика вместе со своими друзьями душил ее и обливал керосином.
– Одной трудно на свете, – скорбно подытожила Клавдия Петровна. – Так и живу. Если изверги на улице, не выхожу, боюсь.
– У вас нет ни одного приличного соседа? – удивилась я. – Все пьют, воруют и никто не работает?
– Все! – махнула рукой пенсионерка. – Взять хотя бы учителя младших классов. У него справка имеется, что он сумасшедший. Сидел за двойное убийство. Каждый день избивает жену и подговаривает кого-нибудь обокрасть.
Теперь мне становилось понятно, почему сломали наш сарай, сбили замок с двери в доме-конюшне и мне пришлось привинчивать новый.
Закончила повествование пенсионерка Клавдия эпически. Усевшись на дырявое перевернутое ведро, она громко сказала:
– Сосед продает дом за полмиллиона. Купите!
Это же надо было такое произнести во дворе, населенном убийцами и ворами, учитывая, что у нас нет денег на еду.
Мама ответила:
– Дайте нам полмиллиона.
Пенсионерка не растерялась:
– Поищите, поищите – найдете!
– Наверное, иногда душат за дело. – Я повернулась и пошла к своей калитке. Мама за мной.
Маму мало заботили мои занятия, подготовка к экзаменам и книги по психологии. Меня же они волновали более всего, так как я задалась вопросом, почему одни люди сходят с ума на войне, другие подвержены истерикам, как моя мать, а у некоторых развивается посттравматический синдром.
Читать было негде: на бетонном полу мяукали кошки, требуя еды, да еще и выяснилось, что Карине кто-то из соседей дал пинок такой мощности, что она окосела.
Едва я открывала материалы по психологии, как мама начинала беспокойно метаться по дому, безбожно ругаясь и жалуясь на жизнь. Отдых был только в университетской библиотеке во второй половине дня, когда удавалось задержаться после лекций.
Все в этом городе было для меня ново. Воздух. Люди. Их рассказы о жизни.
Педагог по социологии рассказала, что в Ставрополе есть сатанисты, которые приносят в жертву кошек, собак и людей. Студентка с факультета внедрилась в их группу. Ее прикрывал брат, работающий на ФСБ. Именно благодаря этой девушке выяснилось: служители темного культа собираются на Даниловском кладбище, недалеко от остановки «Дом торговли», где живет тетушка Юлия. Руководит поклонниками тьмы студент Медицинской академии, будущий хирург. Именно он режет животных, принося их в жертву черному богу. Спецслужбы официально не интересуются сатанистами и не вмешиваются в их дела. В две тысячи четвертом году сатанисты убили студентов нашего вуза, подкараулив их в лесопарке.
Педагог предупредила, что в марте слуги сатаны устраивают торжества, отчего в городе учащаются самоубийства. Сразу по нескольку человек погибают в районе Даниловского кладбища.
Я не удержалась и спросила, почему не арестуют главаря. Ведь тогда бы банда развалилась! Специально, что ли?
Педагог пожала плечами и ответила, что спецслужбам видней.
Студентка, проводившая расследование, выяснила, что в основном сатанисты – это люди в возрасте от шестнадцати до тридцати лет из благополучных семей, где родители по профессии – учителя, врачи, адвокаты.
Экзамен я не сдала. Вернее, сдала на тройку, а это не результат.
Четверку, учитель сказал мне, ставить не будет: я еще не являюсь студенткой университета. Если из чеченского вуза не пришлют справку, мой удел – мыть полы и мести улицы.
Продолжая искать работу, я и мама неизменно сталкивались с аферистами. Увидев чеченскую прописку, нас иногда просто выталкивали за дверь с проклятиями.
Переворошив газеты, я позвонила в контору, где требовался курьер.
– Как ваше имя? Сможете ли вы осуществлять доставку? – спросил меня бодрый голос.
Обрадовавшись, что смогу зарабатывать на хлеб, я на все согласилась. Зарплата оказалась меньше, чем половина месячной аренды за дом, но другой работы все равно не было. Внушало надежду обещание неких бонусов за хорошую работу.
– Приходите завтра по адресу… Вы нам подходите, – сообщили мне.
Наконец-то!
Я полетела как на крыльях!
Оказалось, контора находится за городом, и добираться следует тремя видами транспорта. А после еще идти более получаса. Но я дошла. И сильно удивилась, когда не увидела никакой конторы. Передо мной возвышался книжный склад. От ярких обложек нестерпимо воняло дешевой типографской краской.