Шагаем, долго шагаем, ничего не меняется, грязный пол, белый потолок, поросший инеем, легкими порывами в спину поддувает холодный ветер, несся с собой крупицы льда, стоит повернуться к нему лицом, как мелкие иголки начнут резать кожу. На уровне пола ветра не было, да и теплее, на порядок теплее, ляжешь на пол, от нечего делать раскидаешь камни, и смотришь, как искрятся пролетающие мимо кристаллы льда, еле еле заметные, откуда бралась малая доля света? Было известно одной Хозяйке. Проделав внушительный путь, мы вышли к большим вертикальным шахтам, которые пересекали изъеденные ржавчиной пролеты, местами от них отделялись ступени и все почему-то вели вниз. Шагали в полумраке по хрупкому железу, то еще испытание для нервов, под ногами бездна, над головой один лишь ветер.
Старик шел рядом, рассматривая переливы льда на потолке, глубокую пустоту бездны под ногами, его даже интересовал мусор, разбросанный по углам, неее, ну не бестолковое создание. Тень совсем поблек, местами шахту прорезали тонкие лучики света бравшиеся не весь откуда, они то рассекали фигуру старика, словно острый клинок, чернявый растворялся во всех эйтих подземных лазах, терпеть не могу катакомбы.
Вскоре запахло солью, стал ощущаться на языке еле заметный привкус ржавчины, с потолка на нас глядели разводы малахита, медные жилы, под ногами выросли ледяные сталагмиты, в самом центре у основания билось крохотное зеленое сияние, словно маленькая змейка. Возле одного большого сталагмита нам пришлось устроить привал, свет извивался в самом центре льдышки, у самого ее основания, я попытался прикоснуться к свету земли, но голос внутри предостерегал - «Хозяйка». Водя пальцем возле сталагмита, вдруг заметил, что свечение довольно активно реагирует на движение, попытался прислушаться, лед издавал легкое похрустывание. Зеленая змейка света весело играла внутри ледяного столба, ее отблески причудливым образом освещали туннель, казалось, подземный лаз заполнился целой толпой тварей, обитавших под землей и сейчас только наблюдающих за нами из-за угла, из-за каждого валуна или столба, подпирающего потолок, то были тени от играющего огонька. Нужно идти, пришлось оставить змейку одну, как только мы зашли за угол, по отражению от стен было ясно, как сильно забилось зеленое пламя, но, сделав шаг, затем еще один лодочник и его старая Тень погрузились в мрак туннеля.
Наконец, мы вышли в большой зал, сверху виднелись лазы и ходы, оббитые бревнами, да только допрыгнуть и ухватиться хоть за один из них не представлялось никакой возможности. Похолодало, вторая часть зала была полностью покрыта ледяными наростами, как на потолке, так и на полу, те, что росли из под ног, были настолько кривы, что не верилось своим глазам. У основания, как правило, ножка тоненькая, затем длинное и кривое тело, на макушке шар или овал, некоторые из них переплелись и срослись, некоторые были поломаны, только единицы стояли ровно вверх. Совершенно ровные сосули свисали с потолка, поджимаясь друг к другу как можно ближе, не толще самого малого пальца руки моей старой Тени, словно щетина ледяного великана. Тень ловко облазил между стоящими на полу фигурами, эйтой бестии доставляло удовольствие смотреть за моими неловкими движениями, потеряв равновесие и подскочив на ногах уже не в первый раз, я с треском обламал кончики сосуль, щетинисто направленных на меня с потолка. Показался зеленый свет, затем еще один и еще, как вдруг весь зал заплясал страшным пламенем, издавая отовсюду треск, но настолько слабый, что небольшое шарканье ногами с легкостью его перебивало.
Шурх, шурх, шаарх раздались в глубинах темных туннелей, зеленый огонек первым отреагировал на эти звуки. Шархх, шурх, шурх, шурх, шарх, шурх, шурх, маленькие шажки приближались довольно быстро, из темноты появилась большая голова, точнее, что-то подобное, словно ожившая ледяная сосуля, что стоят на полу. Головастик немного помедлил, склонился над зеленым светом, перевел свою голову-шар к свету из другой ледяной глыбы, затем к другой, и еще к одной. Подземного духа не останавливало передвижение по отвесным стена и даже по потолку, где оставалось место для маневров и не росла наледь, семеня ножками, он легко кружил меж ледяных наростов, нам оставалось только наблюдать. Понять, где у него было лицо - ну совершенно невозможно, рук и вовсе не было, только маленькие ножки, посаженные друг к дружке так близко, что остается только удивляться, как вообще эйтому удается так быстро бегать по пещере. Вдруг свет резко потух, что именно произошло ведомо одной только Хозяйке. Головастик запрыгал на месте да так сильно, что вскоре мог с легкостью перескакивать с пола на потолок, с одной стены на другую, семеня перед глазами, тот набирал внушительную скорость, пока в один решительный момент не спрыгнул в колодец, что стоял неподалеку. Аж в ушах зазвенело, заглядывать в дыру хотелось меньше всего и мы с Тенью решили убраться из эйтого ледового зала как можно скорее, да только приключения с головастиком требовали кульминацию.