«Угрюмый? – услышали мы позади спины, - ты чего, этакая бестия, здесь шляешься, да еще и свою сволочную Тень притащил?»
«Да я ну как бы, не знаю… заблудился», - только и смог ответить.
Мордастый стоял, сверля белыми глазами мои башмаки и следы оставленные на полу, медленно вытирая руки, выковыривая грязь вокруг ногтей, затем, сменив ветошь на более чистую он спросил: «ты дурак?»
«Твою старую Тень здесь может сожрать любой камень, - сказал Мордастый, пряча уже полугрязную ветошь в нагрудный карман, - смотри». С эйтими словами он подобрал с полу камешек и выставил его напротив света.
«Видишь царапины в виде зубов?» и подвел камень ко мне поближе.
«А теперь ты иди сюда» - приказал он чернявому, как только Тень приблизился к обычному с виду камню, царапины на том зашевелились и послышалось легкое похрустывание, зашуршали камни, лежащие рядом под ногами. Тень втянул голову в плечи как можно сильнее, давно я не видел тихий ужас у него на лице. Оставалось утешать старого и подбадривать. По мере нашего пути я поведал Мордастому о том, как здесь оказался, где успел пройти, что повидал, но истории с зеленой змейкой и стаей головастиков белоглаза ничуть не заинтересовали.
«Пай-хой - так называют эту гору, самый центр ветхого города, да только проникнуть в шахты возможно только через жилые дома тех…Других, - говорил Мордастый, - странно все это». Шли мы не долго, на встречу толком никто не попадался, тут вставил мордастый: «чудные как обычно заняты своими делами и больше ничего не замечают, черные рудокопы на сколько мне известно в центральных шахтах не водятся, а вот на табун потерянного народа могли нарваться запросто, но и эта беда обошла стороной».
Показался тусклый свет, по мере приближения он набирал силу, наконец заполнил все пространство вокруг нас, Тень под его лучами даже вырос на голову, расправил плечи. То была шахта лифта, да такая огромная, что было страшно смотреть как вниз, так и вверх, ограды на краю пропасти естественно не было, но каков был размер дыры в скале….
«Слушай, а зачем такая большая шахта, да тут целый квартал города разместится» - спросил я Мордастого, да тот только ворчал себе что-то под нос, не обращая никакого внимания на мои слова. В такой шахте размещалось около сотни лифтов в виде клеток и только сейчас я заметил, что все кабинки были оборудованы электрическим светом, больше шахту не освещало ничего. Я даже не заметил, как Мордастый запихнул нас с Тенью в подъехавшую кабинку, как отстранил старого от края клетки со словами: «руки оторвет».
Скорость лифта впечатляла, чувствовалось как тело становилось тяжелее, гудело в голове, давило на уши и на глаза, заметив как Мордастый зевает широко расхлопнув рот, стал повторять за ним и Тень, затем я. И в правду стало значительно лучше, давление в пустой голове выровнялось, а старый даже выдавил из себя жалкое подобие улыбки, и чего эйто он так взбодрился, явно знает больше меня о шахте. Мы сделали несколько пересадок прежде чем добрались до нужной кабинки, Мордастый заметно разнервничался, стал приглаживать волосы на голове, даже достал карманную расческу, вот - действительно чудо чудное.
«Ты чего, боишься встреч с теми….Другими? – спросил я его, - дак они же тебя примут за старого лохматого дворника или бродягу». Мордастый только сказав в ответ: «всякое бывает» - нажал кнопку в стене, зашумели моторы, спустя минуту раскрылись двери, в лифте было пусто, из головы чудного раздался выдох. Войдя в кабину он нажал на самый верхний этаж, да так и встал не отрывая пальцев уставившись на меня, вся его морда лица выражала удивление. Тени больше не было, перед нами стоял живой старик, тот...Другой, а вот я словно растворился в воздухе и только легкая рябь выдавала мое присутствие.
Двери закрылись и лифт поехал вверх, да только далеко уехать нам не удалось, лицо Мордастого резко переменилось, он вжался в угол, двери раскрылись, вошли молодая мама с девочкой. Мама такая красивая, что я невольно залюбовался.
«Вам куда?» не сразу понял, что обращаются ко мне, помедлив немного и переглянувшись с Мордастым, тот высоко задрал левое ухо указывая на самый верх.
«Нам последний этаж» - робко промолвил Мордастый, удивительно, как такие милые и нежные женщины могут резко приструнить даже такого неотесанного шахтера. Лифт тронулся с места, краем глаза я заметил как девочка боязливо прижималась к маме и что-то нашептывала себе под нос, маленькие ручки ее сильно держались за платье матушки. Взглянув на дочку, затем на нас она мило улыбнулась, тишина повисла над нами и только мерное мигание лампочек хоть как-то разбавляло пустоту между нами.