Погода стояла отличная, облака парили довольно высоко, ветер дул лёгкими порывами, солнце радовалось и улыбалось. Первым делом нам предстояло приготовить еду, пригодную для ребёнка, затем стоило позаботиться о маске, без неё малышке может угрожать опасность, даже когда мы с Тенью рядом.
По утрам давление воздуха довольно низкое и если нет ветра, поднять лодку выше прохожих попросту невозможно, хорошо, что мы дождались, когда все духи разбрелись и освободили улицы. С большей вероятностью, можно столкнуться с другой лодкой, чем повстречать земного духа. Спустя с десяток минут, так оно и случилось. На большом перекрёстке возле аллеи славы, поперёк нас раскачивалась здоровенный глубокий ялик, я знал, что лодка была без хозяина, и лишь только одинокая тень прячется в трюме. Из днища через большие отверстия торчало с десяток опорных шестов, двигался ялик наподобие морского ежа, ну а тень запертую внутри никто никогда не видел. Как ему одному удавалось двигать всеми эйтими шестами? - не представлял никто, но лодка двигалась плавно, без рывков. Еще говорят, что ежовое судно никогда не покидало город, бродит по улицам на своих шестах отбивая глухую трель по мостовой. На палубе располагались удобные стулья из тонкого гнутого дерева и маленький столик, старуха с высоким париком, что совсем недавно рассказывала мне басни о братьях творцах сего сущего, сейчас она с жутким скрежетом раскачивалась на одном из стульев, держа в одной руке чашку, другой медленно размешивая содержимое тонкой и невероятно длинной ложкой, ноги были закинуты за борт, зрелище прямо сказать поражающее. На столике стоял чайный сервиз, много мучного, различные зефиры, колотый шоколад, старуха попивала чай из маленькой кружки, взгляд её был направлен куда-то в небо, она бы так и не заметила нас мимо проплывающих, если бы малышка не завидела всей эйтой вкуснятины..
«Оооо, Угрюмый лодочник? - как оказалось, удивить старуху было легко, - Ах, ты, негодник, зачем привёл столь милое дитя в нашу унылую дыру».
«Да я не то, чтоб привёл», - начал оправдываться я ужасно раболепным голосом, на который старуха решительно не обращала внимание.
«Малютка, проходи на это чудесное судно, присаживайся, можешь есть, что захочешь, - учтивость старухи немного напрягала, ждать добра в ветхом городе от кого-либо, великая глупость, - Ой, какие у тебя красивые волосы».
Девочка, слегка прихрамывая на левую ногу, медленно присела на стул, который был великоват, мне пришлось достать подушку и подложить малышке под попу.
«Как тебя зовут юное дитя?», - Спросила старуха.
«Леся», - В нерешительности ответила девочка.
Вот эйто достижение и всего-то благодаря вкусной выпечке, мне девчонка своего имени говорить отказывалась наотрез.
«Лейсан, лисёнок, чудное имя, ай какая милая рыжая лисичка».
У меня в прямом смысле штырь железный сейчас сидел в позвоночнике, расслабиться не получалось, старуха явно что-то замышляла, моя навязчивая идея все никак не давала покоя.
«Да расслабься ты, Угрюмый, ну что плохого в такое прекрасное утро может случиться, ночь прошла, а с ней и все подснежники», - Тихо и спокойно донеслось из уст ведьмы.
Лицо моё исказила жуткая гримаса, старуха напротив только скалила зубы, да попивала чай, откуда эйти старые духи знают всё на свете? Она с большим удовольствием смотрела, как малышка уплетает одну плюшку за другой, её морщинки возле рта медленно вытягивались в подобие улыбки и лишь слегка напряглись, заметив, как Леся плохо обходится с левой рукой. Но старуха не стала обращать на эйто внимание.
«Ты посмотри, какой здоровый аппетит, чего не скажешь о тебе, Угрюмый, и уж точно о твоём спутнике,» -Чуть погодя она добавила: «А ведь ты знаешь, что ей здесь не место, подснежники будут преследовать, эти твари и по ту сторону могут изрядно докучать».
Тут Леся перестала есть и посмотрела на меня, затем на старуху, во взгляде читалась лёгкая нотка страха.