Оказавшись на чердаке, мы первым делом заглянули в слуховое окно, жаль разглядеть уже что-либо становилось трудновато. Каждую ночь в ветхом городе наступает зима, сильные морозы давят на округу, северные ветра наметают кучи снега, от которых к утру не остается и следа, часть сугробов раздувает тут же, часть тает при первых проблесках солнца. Пришли холода, последние солнечные лучи блестят далеко на горизонте, загорается огонь в развешанных повсюду пустых птичьих клетках, то ночь поглотила город.
«Наша работа, пламя земли из рук самой хозяйки, теперь освещает весь город и даже потерянные улицы», - гордо заявил Мордастый. Я не стал вдаваться в подробности, только поспешил вылезти на высокий козырек, что было не самым легким делом. Кровля двускатная, покрытая шифером и корочкой свежей изморози, местами торчали дымоходные трубы, кирпичи в кладках которых лежали под своим весом, весь раствор выветрило, упрешься о такую трубу, так она на глазах развалится, словно карточный домик и только успевай держаться на ногах. То тут, то там висели провода, да вся крыша была утыкана антеннами, впрочем, которые тоже держались на кровле на одной ржавчине. Натянутые в хаотичном порядке провода составляли сеть, переплетая все крыши, что очень сильно затрудняло движение как мне, так и Мордастому. То и дело приходилось перешагивать через провода или пролазить под ними, хотя Тень справился с эйтим испытанием довольно сносно, его ноги даже не скользили по замершему шиферу, Мордастому же доставалось тяжелее всего, его белые глаза наливались злобой. Он пыхтел и кряхтел, ноздри расширялись от тяжелого дыхания, ноги дрожали, рукам не за что было ухватиться, то и дело спотыкаясь, падая на колени, тот скидывал кирпичи с труб, запутывался в проводах.
«Слушай, ты бы там по аккуратней», - выкрикнул я при очередном падении Мордастого. Но в то же время подгоняя его: «давай быстрей, чего возишься, смотри, а падать то - не вариант, на краю крыши ни перил, ни снегозадержателей, ни честного слова».
«Давай, давай, шевели ногами».
«Ну, чего опять возишься?»
Не дойдя до верхнего козырька с десяток шагов, Мордастый умудрился ухватиться, замкнуть голыми руками радиопровода, и получив небольшой разряд и пару приятных слов от радиопередачи, с громким хрустом проломил - таки крышу и свалился на чердак. Нам с Тенью только и оставалось ждать в тишине когда осядет пыль, как-то неловко получилось со всеми этими подстегиваниями. Забравшись в чердачное помещение через ближайшее слуховое окно, Тень помог подняться Мордастому и усадил его на ближайшую балку. Я молча уселся напротив, говорить было не о чем, оставалось только вопросительно глядеть в глаза друг другу, спустя какое-то мгновенье я все - таки выдавил из себя.
«Радиопровода, в них есть небольшое напряжение, их развешивают без изоляции, неприятно наверное было?» - только и сказал я тогда.