Они вернулись домой только к вечеру, и каждый по-своему смотрел на возобновившиеся отношения. Джулии хотелось, чтобы Росс покончил с прежней жизнью и вернулся к ней, однако планы Росса явно отличались. Перед сном Джулия попыталась поговорить с ним еще раз.
— Ты никогда не задумывался о браке? — тихо спросила она. Росс рассмеялся.
— Мы не виделись с тобой больше года, — заметил он.
— Ну и что. Ведь мы до этого жили вместе много лет.
— Нет, я пока не готов, — заключил Росс. — У меня еще горы незавершенных дел.
Девушка отлично знала, что за дела он имеет в виду и что не в ее силах остановить его. Как и с той рыбой, он будет все есть, есть и есть.
Обычно, когда они засыпали, Росс обнимал Джулию сзади. Но сегодня парень отвернулся к стене, и тогда Джулия обняла его, крепко прижимаясь всем телом и тихонько плача.
Утром, едва проснувшись, девушка упаковала вещи, и Росс помог ей довезти чемодан до вокзала.
Они прощались на том же самом месте, где повстречались два дня назад. Росс поцеловал Джулию, и по-зимнему прохладный ветер, заблудившийся в летнем Сан-Франциско, повеял ей в лицо.
— Я люблю тебя, — произнесла девушка.
— И я тебя люблю.
— Приедешь ко мне в Остин?
— Может, в следующем месяце, — ответил Росс.
Они снова поцеловались, а затем разошлись в разные стороны. Джулия, пытаясь скрыть подступившие слезы, заспешила к дверям вокзала, но все же обернулась напоследок. Росс провожал ее взглядом, улыбнулся, спрятал замерзшие руки в карманы и, развернувшись, быстро зашагал по Даймонд-стрит, обратно к Шелковому пути.
Глава 60
Телефонный звонок
Гэри молча сидел за рабочим столом, прислушиваясь к беседе сослуживцев, внутри него снежным комом нарастали печаль и тревога. Разговаривали о трагичных событиях, случившихся ровно двенадцать лет и один день назад. Тогда мир сильно изменился.
В те времена Гэри учился в «Колледже Барух» и ему довелось одним из первых увидеть службы оперативного реагирования: пожарных, полицию, «Скорую помощь», — несшиеся во весь опор к башням-близнецам. Тем же утром чуть позже он брел домой по мосту, когда позади него один за другим рухнули небоскребы Всемирного торгового центра, похоронившего под собой 2606 человек.
Спустя несколько дней после террористической атаки, когда Нью-Йорк и вся Америка осознали случившееся, Гэри начал знакомиться с именами и лицами погибших людей. Каждое утро, когда он шел на учебу, он проходил по Лексингтон-авеню мимо здания, прозванного «Арсеналом», чье основание теперь было усеяно фотографиями тысяч людей, сгинувших под завалами. Гэри смотрел на невинные лица и с каждым днем все яснее осознавал, что никто из пропавших не вернется больше домой к своим родным и близким.
Всякая история, касавшаяся того дня, живо откликалась в душе Гэри, как и любого другого ньюйоркца. Но ничто не задевало его так, как нынешний разговор — 10 сентября 2013 года — двух сотрудников оперативной группы, сидевших за соседними с ним рабочими местами. Эти двое находились в группах спасения, которые тогда неделями разгребали пыль и обломки башен в поисках выживших; практически всегда они находили только смерть.
«У тебя завтра медосмотр?» — спрашивал детектив нью-йоркской полиции, сидевший перед Гэри, у детектива из полицейского департамента города Кларкстаун, округа Нью-Йорка. У обоих были проблемы с легкими и прочие недуги, которые остались от событий двенадцатилетней давности. Коллеги припоминали своих друзей из службы спасения, которым повезло меньше: некоторые тяжело заболели, кто-то умер. Гэри слушал их разговоры, и внутри него поднималась волна гнева: он лично видел, что сделали террористы с Америкой в 2011 году, и он понимал, что собирается с ней сделать Ужасный Пират Робертс сейчас, в 2013 году.
Гэри прочел всю доступную переписку и все сообщения Пирата (по три раза), в которых ясно звучала назойливая пропаганда, адресованная его приспешникам. Он утверждал, что время нынешнего правительства «подходит к концу», что государство — «злейший враг» и что люди должны презирать всех госслужащих: значит и тех, с кем Гэри сидел сейчас в одном офисе. Тех самых мужчин и женщин, кто, не задумываясь, спешил на помощь жертвам теракта 11 сентября, и за свой героизм теперь вынужден был жить на таблетках.