Из восьми мальчишек, что еще оставались в номере, пятеро согласились попробовать «сибирь». Парень, что принес наркотики, протянул Престону две марки. Из пяти ребят, решившихся попробовать принесенный подарок, только у одного почти сразу случился слишком сильный «приход»: у Престона Бриджеса.
Он тут же начал паниковать. Мир вокруг него начал искажаться, превращаясь в полный сюрреализм. Парень дико перепугался. «Что за хрень тут творится?» У него пошли галлюцинации, которые он никак не мог остановить. «Не хочу! Хватит!» Престон не понимал, где находится и что делает. Друзья пытались успокоить его, но он их не слушал. Теперь уже все ударились в панику, но больше всех боялся Престон.
Комната начала вращаться во всех направлениях разом. Он звал на помощь, а стены и предметы вокруг все кружились и кружились. И тогда Престон кинулся бежать. Он все еще находился в комнате. Все еще на втором этаже. Но он хотел сбежать подальше. Он выскочил на балкон, прыгнул через перила и полетел вниз головой с девятиметровой высоты, прямо на парковку.
Вдали завопили сирены.
Престон лежал на каталке в больнице, а кардиомонитор рядом с ним издавал редкий монотонный писк. Густые брови и длинная блондинистая челка, зачесанная набок, казались искусственными и безжизненными среди сплетения проводков, окутавших его. Смокинг давно сняли, и юноша лежал обнаженный с подключенными к груди сенсорными датчиками, которые фиксировали его жизненные показатели. Черный галстук-бабочка сменился шейным корсетом. Фирменная улыбка Престона Бриджеса больше не озаряла его лицо, вместо нее изо рта торчала пластиковая трубка, помогавшая ему дышать.
Едва мать увидела сына, у нее подкосились ноги. Отец плакал в объятиях дочери. Когда настало утро, в больницу стали стекаться школьные друзья и знакомые Престона, они заходили в палату по несколько человек и не могли унять слез, глядя на своего приятеля: веселый любитель погонять мяч на пляже лежал теперь перед ними без сознания.
В понедельник вечером врач провел семью Престона в небольшую больничную комнатку. Там он сообщил бледным от ужаса и изможденным слезами родным, что днем, в 15:48, шестнадцатилетний Престон Бриджес скончался.
Выходные подошли к концу. Росс, Рене, Селена и Кристал собрали вещи и отправились в обратный путь через золотые арки моста. Назад в Сан-Франциско. Назад к Шелковому пути.
Росс вернулся домой, улыбаясь во весь рот. Он чувствовал себя заново рожденным, открывая ноутбук и возвращаясь в свой мир.
«Никаких происшествий пока меня не было?» — спросил он Иниго.
«Ага, ничего интересного».
«Зааааааамечательно», — откликнулся Ужасный Пират Робертс.
«Удивлен, что ли? — ответил Иниго. — Будто без тебя тут постоянно должно что-то случаться. Как проклятие какое-то».
Жизнь начала налаживаться. Росс строил планы на следующие выходные, в которые он поедет в Портленд к Кристал. Они собирались остановиться в уютном лесном домике. Их ждал массаж, вкусная еда и целые выходные, полные объятий и прочих нежностей.
Росс настолько потерял голову от своей новой возлюбленной, что нарушил одно из собственных правил безопасности и начал рассказывать своей команде о девушке, с которой познакомился на выходных. Даже Ноб, контрабандист-а-теперь-еще-и-киллер, разыскивавший Кертиса Грина, узнал о ней.
«Кажется, ты сегодня в славном настроении!» — заметил Ноб.
«Верно, — ответил Пират. — Девушка:) Даже нет, настоящая женщина. Ангел».
Выходные, начавшиеся полным кошмаром, закончились райским блаженством. К тому же нашелся дополнительный повод порадоваться: за неделю Шелковый путь продал очень много товара людям по всему миру, включая «Праздничный запас» «сибири» для шестнадцатилетних подростков в Австралии, в городе Перте.
Часть 04
Глава 45
Гэри Элфорд, Налоговая служба США
Тем февральским утром тротуары Манхэттена напоминали жителям Нью-Йорка, что до лета еще очень далеко. По улицам тут и там хрустела полузамерзшая снежная каша, а гонимый ветром мусор кружился, подобно безжизненному перекати-поле. От высокой бежевой башни по адресу 290 Бродвей тянулась очередь, доходившая до самой Дуэйн-стрит. Люди терпеливо и безропотно ждали своей очереди чтобы пройти КПП. Один только вид здания вызывал у многих трепет, однако его название, красовавшееся сбоку на золотой вывеске, — вне зависимости от показателей термометра — вызывало дрожь буквально у каждого: «Налоговая служба США».